Чарли пустился в объяснения про Танкреда и про то, как важно его вернуть, но дядя был непреклонен. Судя по всему, предприимчивость и отвага на него нападали лишь изредка, приступами, как в прошлом году. Экая жалость!
– Но нам обязательно надо туда попасть! – взмолился Чарли.
– Днем я не выхожу, – в который раз напомнил дядя. – Поищите кого-нибудь другого.
Генри Юбим томился от скуки. Слов нет, в подземном обиталище кухарки было и уютно, и занимательно, но он уже обследовал каждый уголок. Жаль, Чарли не придет с ним поболтать – кухарка сказала, что он уехал на выходные. Несмотря на субботний день, кухарка хлопотала вовсю. Она откуда-то раздобыла для Генри старенькую пижаму, а также кое-что из современной одежды – длинные брюки, черные ботинки и серые носки. А свою теплую куртку с поясом мальчик сменил на вязаный свитер – далеко не такой теплый, но, если сверху накинуть тот синий плащ, в котором Генри прибыл из прошлого, получалось вполне приемлемо.
Времяворот кухарка спрятала.
– У меня нет ни малейшего желания, чтобы ты опять учинил какую-нибудь глупость. – Она погрозила Генри пальцем. – Ты здесь навсегда. Только вот вопрос – что с тобой делать дальше?
Однако Генри все еще надеялся на то, что ему удастся вернуться домой, в 1916 год. Должен быть какой-то способ! А иначе что с ним станется? Конечно, возвращаться в прошлое, но в академию Генри как-то не улыбалось. Главное – попасть в нужный год, а там уж он как-нибудь доберется домой, на побережье.
Но для этого сначала надо будет пройти через другой мир – тот, что мерцает во Времявороте. По дороге сюда, в будущее, перед Генри, как в тумане, проплыл этот удивительный мир, мир Алого короля. Мама Генри, в девичестве Блур, рассказывала мальчику, что и он ведет свой род от этого монарха-чародея.
«Некоторые потомки Алого короля унаследовали толику его магической силы, – говаривала Грейс Блур, – но, насколько я могу судить, к нашей семье это не относится. – После чего, весело и задорно оглядев свое семейство, добавляла: – И слава богу!»
Ах, как же Генри хотелось вновь услышать ее заливистый смех!
А вот Чарли унаследовал королевскую магию. Может, поселиться дома у Чарли? Наверно, будет неплохо. Чарли научил бы его, как пользоваться всеми этими чудными современными штуковинами, про которые Генри уже рассказала кухарка: телевизором, видео, компьютером… да всего не упомнишь.
Кухарка пообещала накормить его ленчем в половине первого пополудни и ушла. Генри покосился на часы и вздохнул: еще только десять. Как медленно тянется время! Еще два часа надо как-то убить.
И вдруг мальчика озарило. Раз он теперь одет по-современному, да еще и в форменном плаще, то похож на обычного ученика академии. А значит, можно преспокойно отправиться на разведку. Например, забраться в развалины. Генри всегда тянуло поглядеть, на что они похожи изнутри, но сэр Гидеон строго воспрещал ему туда соваться. Зато теперь можно! Ура!
Генри на цыпочках вышел из кухаркиного обиталища и осторожно прикрыл за собой дверцу буфета. Миновав еще несколько буфетов, скрывавших в себе потайные ходы, он очутился в кухне, затем за пределами столовой и пустился бежать по направлению к холлу, откуда доносился громкий шум. Выглянув в холл, Генри обнаружил высоченного бритоголового мужчину, который что-то прибивал к высоким входным дверям.
Не прерывая работы, бритоголовый мельком глянул на Генри и спросил:
– Это что за киска к нашей миске?
– Я… э-э-э… я Генри, – нервно отозвался мальчик.
– Генри, а как дальше?
– Э-э-э… Бон. – Генри и сам не знал, почему назвал эту фамилию. Просто ему вдруг показалось, что фамилия Юбим в данный момент ничего хорошего не принесет.
– Сам, что ли, точно не знаешь, как твоя фамилия? – Бритоголовый хмыкнул и продолжал забивать гвозди.
– Знаю, и вполне точно, не волнуйтесь.
– У нас тут еще один Бон учится, жуткое дело, а не Бон.
– Он мой кузен.
– А-а, так ты, поди, тоже из этих одаренных ребятишек? Одни неприятности от вас всех, малец, вот что я тебе скажу. – С этими словами бритоголовый бахнул молотком по двери так, что стены задрожали. – Вон, полюбуйся, один из ваших дверь раскокал, тот, который мастер бури устраивать. А я теперь чини. Чтоб ему пусто было!
– Ого! – вежливо удивился Генри и бочком двинулся к выходу в сад.
– Псину выгуливать пошел? – спросил ему вслед бритоголовый.
– Что-что? – Генри на всякий случай ускорил шаг.
– Собаку, говорю. Дурная псина совсем, и страховидная к тому же.
Под ногами у Генри кто-то запыхтел; он опустил глаза и обнаружил Душку, искательно вилявшего хвостом.
– Да, конечно. Пошли, песик, гулять, гулять. – И он быстренько шмыгнул в сад.
На улице Генри вздохнул с некоторым облегчением. Душка, который не отставал от него, выглядел каким-то обеспокоенным, озирался и принюхивался.
– Ты чего? – Генри потрепал пса за уши. Душка был не красавец, это точно, но в выражении его складчатой пожилой морды было что-то стариковское, унылое, и Генри сделалось его жалко.
