— Я склонен потакать тебе, — начал свои назидания Проститутка, — но подобный неприятный прецедент нам ни к чему. Подлинные имена искажают трезвость оценки. Особенно в большой игре. Видишь ли, наши суждения уже окрашены прежними газетными историями. А нелепая кличка может подтолкнуть мысль. Вышибить ее из привычного контекста.
— Дассэр. — У меня было такое чувство, будто я снова сижу на Четверге низкого уровня. А я сидел в деревянной будке, где стоит наш непрослушиваемый телефон, и чувствовал, как первая капля пота катится по моей спине.
— Я понимаю и твои доводы, — неожиданно сменил Хью гнев на милость. — Ситуация за гранью привычного. Главный вопрос — сверхделикатный это материал или фарсовый? Короче, можешь составлять свои донесения с криптонимами или без оных. Меняй режим в зависимости от инстинкта. Наша задача — выяснить, кому, кто и с кем, не так ли?
— Благодарю за гибкий подход.
— Отлично. Теперь и ты будь со мной откровенен.
— Дассэр.
Он немного помедлил, словно подбирая криптоним к глаголу.
— А что ты скажешь, Гарри, если эта девочка вдруг окажется действительно находкой на сеновале?
Я на секунду задумался, формулируя ответ.
— Хью, — произнес я наконец, — на основе имеющихся данных я могу сделать вывод, что «сено» как раз и является главным фактором в отношениях с людьми.
— Молодец. Тогда за дело, — сказал он и повесил трубку.
СЕРИЯ, НОМЕР: Джей/38,749,488
КАНАЛ СВЯЗИ: ЛИНИЯ УПЫРЬ-СПЕЦШУНТ
ПОЛУЧАТЕЛЬ: УПЫРЬ-А
ОТПРАВИТЕЛЬ: ФИЛД, 10 ИЮЛЯ, 1960, 20.47
ТЕМА: БЕСПЕЧНЫЙ
Ключевой вопрос — правдивость СИНЕЙ БОРОДЫ. Она выглядит безыскусной. Легко говорит о вещах, которые другие скорее всего предпочли бы хранить в тайне. Тем не менее очень скоро замечаешь, что она не лишена лукавства. Например, во время нашей первой встречи она рассказала, что ее личная жизнь состоит из двух самодостаточных половин — одна с человеком в Палм-Бич (ЙОТОЙ), вторая — с сотрудником ее авиакомпании по имени Уолтер.
Это существенное искажение истины, к которому она прибегла в беседе со мной, было опровергнуто в результате изучения записи ее телефонных разговоров в начале текущего года, а именно: от 3 и 5 января 1960 г. с АКУСТИКОЙ — о том, в частности, что Уолтеру была дана отставка вскоре после того, как в жизни СИНЕЙ БОРОДЫ появился СТОУНХЕНДЖ. Хотя СИНЯЯ БОРОДА, безусловно, пользовалась поблажками, которые обеспечивало ей в летной работе служебное положение Уолтера, СТОУНХЕНДЖ наверняка разъяснил ей, что при его обширных связях столь милое ее сердцу щадящее расписание может существовать как при наличии женатого Уолтера, так и без него. Уолтера за борт. Жестоко и цинично? Бывает.
Прекратившиеся отношения СИНЕЙ БОРОДЫ с Уолтером мне тем не менее были преподнесены как по-прежнему существующие. Возможно, это просто удобная версия для таких рядовых ухажеров, как ФИЛД. Единственный твердый вывод из этого: она способна правдоподобно лгать.
Теперь по поводу нашей хронологии. Назовем период с 10 декабря 1959 года по 10 января 1960 года Пиком СТОУНХЕНДЖА. Модена знакомится с Синатрой, обслуживая рейс Вашингтон — Майами 10 декабря, и, учитывая ее способность привлекать внимание, можно с уверенностью предположить, что Синатра приглашает Модену погостить у него в Лас-Вегасе в ближайший уик-энд.
В своих многочисленных телефонных разговорах с АКУСТИКОЙ в этот период она описывает окружение СТОУНХЕНДЖА.
Синатра снял для нее апартаменты в отеле «Пески»; когда она запротестовала по поводу цены, заявив, что не может такого себе позволить, а ему подобную щедрость не позволит и подавно, он только посмеялся и сказал: «Ты ведь со мной, дорогая. Отель даже и не выставит мне счета».
Лас-Вегас, 17–19 декабря 1959 года. У Синатры большое бунгало в «Песках», а кругом коттеджи поменьше, зарезервированные для членов Клана, и он, по свидетельству очевидцев, день и ночь проводит в возлияниях на лужайке у бассейна, принадлежащего только ему и членам Клана. (На данный момент это Джон Бишоп, Сэмми Кан, Сэмми Дэвис-мл., Эдди Фишер, Питер Лоуфорд, Дин Мартин.) Как признается Модена в разговоре с Вилли Рэй (АКУСТИКОЙ), Клан завораживает ее блеском имен.
В телефонном разговоре с Вилли Модена говорит: «В первый день у бассейна я чувствовала себя ужасно — так, словно в первый день в новой школе. Они разговаривают между собой будто на птичьем языке. Кто-нибудь скажет, например: „Тру-ля-ля!“ — и все ржут. Короче, все знают, когда смеяться, кроме меня».
Из расшифровки от 21 декабря 1959 года:
«Вилли. Я бы собрала шмотки и уехала.
Модена. Да я готова была. Если бы не Фрэнк, так бы и сделала.
Вилли. Он все-таки скрасил пребывание?
Модена. Не сразу. Слушай. Когда я увидела его в Вегасе — это был шок! Он был как попугай в своих любимых цветах. Апельсиновом и черном. Вкуса у него ни на грамм. По всему номеру букеты, как воробьи австралийские, они же — райские птицы.
Вилли. Что в этом дурного?
Модена. Да ничего. А у бассейна все время крутили его песни.
Вилли. Ну и как же все прошло?
Модена. Ничего, поладили».