«Должен сказать, — начал Филлипс, — что „Лем Джонс“ в сентябре хорошо потрудилась на фронт. На тот месяц было намечено выступление Кастро в ООН, и мы с Лемом решили встретить его парочкой автобусов с кубинками — „матерями из Майами“. Это было задумано как „Караван скорби“, который должен был закончиться молитвой в соборе Святого Патрика. Однако по пути из Майами арендованные нами автобусы „грейхаунд“ сильно задержались. Мы постарались подобрать четырех беременных женщин, и вот выяснилось, что они через каждые десять миль останавливали автобусы, чтобы пописать. В Вашингтон мы приехали поздно и пропустили пресс-конференцию. Дальше — Филадельфия. „Караван скорби“ прибыл в Нью-Йорк на целый день позже, но все же мы сумели поместить в газетах фотографии женщин, молящихся в соборе Святого Патрика. Их показали и по телевидению. Так что „Лем Джонс“ стоило снова нанять».
12 апреля 1961 года
Операция начинает набирать темп. Это чувствуется в Оперативной.
Сегодня я узнал, что загрузка судов в Пуэрто-Кабесас идет еще медленнее, чем мы опасались. Лебедки то и дело отказывают, а крышка люка на одном из кораблей заржавела и не открывается. Пришлось не один час помучиться, чтобы ее открыть. Бойцы Бригады, однако, движимые сознанием своего долга, кинулись помогать. При моем достаточно богатом воображении я так и слышу, как по всему порту раздается визг лебедок и скрип канатов. Как только корабли будут загружены, они отойдут на несколько сот ярдов и станут на якорь — соответствующая часть Бригады уже будет у каждого на борту. По слухам, бойцы спят в гамаках под палубой и на брезенте, наброшенном на крышку люка. Офицеры, которые по-прежнему живут в палатках на берегу, отслужат сегодня вечером мессу, как только получат полную ориентацию вторжения. Лишь тогда они узнают, когда высадятся на Кубу.
Наши люди в Пуэрто-Кабесас сообщают также, что Луис Самоса, президент Никарагуа, заклинал Бригаду: «Привезите мне пару волос из бороды Кастро». Наш наблюдатель добавил: «Самоса, пухлый диктатор, который пудрится и гримируется, ожидал услышать взрыв рукоплесканий, а услышал несколько ехидных смешков.» Один оборванный кубинец крикнул в ответ: «Из какой бороды — что наверху или внизу?»
