Подобные настроения характерны для меньшинства персонала ДжиМ/ВОЛНЫ — все-таки мы, как и большая часть наших коллег на других участках, добропорядочные граждане со стандартным набором ценностей: жена, дети и трехколесный велосипед на лужайке у дома — что еще человеку надо? — но, честно говоря, Киттредж, чувствуем мы себя препогано. Чуть ли не каждый второй говорит, что на прошлой неделе был готов идти воевать (особенно теперь, когда стало ясно, что не придется), и это в основном бравада, но я могу распознать, сколь глубоко это чувство. Мой скромный боевой опыт (нам пришлось удирать под пулеметным огнем) показал, что сам поединок пьянит и окрыляет. Теперь, однако, я очень часто вскакиваю по ночам в каком-то озверении и порываюсь отстреливаться. Если уж я заразился такой воинственностью, будьте уверены — все остальные просто кипят от ярости.
Так или иначе, Харви не только нарушил запрет Кеннеди на проведение рейдов, но и был застигнут с поличным. Когда Бобби обратился к нему напрямую, Бешеный Билл ответил короткой запиской: «Действовал в соответствии с вашей директивой, но три группы не вернулись на базу».
Это породило невероятный схлест на очередном заседании исполкома СНБ. После стычки с Бобби Харви сделал запись в своих анналах и ознакомил с ней кое-кого из своих подчиненных, в том числе и меня. Он был так взбудоражен, что действительно хотел знать мою реакцию. Эта запись довольно бессвязна и истерична, но, учитывая, что Харви влип, надо отдать ему должное: он сумел воспроизвести перепалку с Бобби достаточно скрупулезно.
«Кеннеди. Вы имеете дело с человеческими жизнями и все же решаетесь на такую идиотскую авантюру! Неужели не ясно, что там все висело на волоске? Кто дал вам право послать на Кубу шестьдесят смельчаков в тот момент, когда малейшая неосторожность могла спровоцировать ядерный взрыв?
Харви. Эти операции были логическим следствием круга задач, поставленных перед нами военным ведомством в развитие плана вторжения.
Кеннеди. Вы хотите сказать, что на это вас подвигнул Пентагон?
Харви. В смысле взаимодействия и координации совместных проектов — так точно.
Кеннеди. Чушь собачья».
Тут Бобби опросил по очереди всех присутствовавших военных. На вопрос, знали ли они об этом, министр Макнамара, генералы Максуэлл Тэйлор, Лемницер и Кэртис Лимэй ответили отрицательно.
«Кеннеди. Мистер Харви, требуется другое объяснение. В вашем распоряжении две минуты.
Харви. При всем уважении к высокорангированным руководителям, собравшимся в этом кабинете, и ни в коем случае не противореча имеющимся в их распоряжении исходным параметрам, на которых они основывают свой ответ, я тем не менее должен подчеркнуть, что целенаправленные военные решения не всегда предусматривают спонтанно возникающие и противоречивые моменты, а потому практические директивы бывают нередко прямо противоположны ранее принятым решениям…
Кеннеди. Может быть, произнесете это все-таки по-английски?
