И необщность судьбы,
Подтверждая итог,
В книгу жизни вползает
змеёй между строк.
И укусы её тем сильнее болят,
Чем становится горше
И сладостней яд.
* * *
Совесть собакам вряд ли нужна,
Они и не делают зла.
Главное – миска была бы полна,
И шкура – была бы цела.
Совесть придумана кем-то из нас
И вложена в каждый вдох.
Спасает всех нас, и не только в СПАС
Совесть, чьё имя БОГ.
* * *
Это не фантастика. И не сон.
Падает в пятки в испуге душа-
Под небоскрёба последний поклон
С восьмидесятого этажа,
Руками за воздух цепляясь летит
Не клерк или главный банкир – ЧЕЛОВЕК.
И мир с затаённым дыханьем следит,
Как рушится, падая в прошлое, век.
* * *
Жизнь длится, словно теорема,
Где знак судьбы
Отмечен степенью проблемы.
Закон борьбы,
А также мнимого единства
Царит над всем.
Плюс – минус глупость или свинство –
И нет проблем.
* * *
Прямые лучи проходят
сквозь крышу,
И падает тень Пизанскою башней.
Дыханье города тяжкое слышу
Сквозь визг тормозов
и бензиновый кашель.
Отсутствие пляжа,
речного даже,
Влияет на всё –
на мозги, на политику.
И чьих-то решений
чужая поклажа
Противна как критика
и самокритика.
* * *
Внутренняя причина
Влияет на следствие.
Сжата пружина
До степени бедствия.
Начинка из брани
В песочной гранате.
Мелочь в кармане –
Трезвонит набатом.
* * *
У лютой ненависти
странные истоки.
Любовь, порою, чаще,
чем вражда.
Торопимся от зависти
До склоки,
Где «НЕТ» взрывает преданное «ДА».
Приходят и уходят поцелуи.
Соль, не краснея, падает в вино.
И радуясь напрасно, и тоскуя,
Пытаемся парить,
летя на дно.
* * *
Одолеваю рубежи
В пути к финалу.
Среди бессонницы и лжи
Не всё пропало.
Ещё взлетает кипарис
Над бездной сада.
И жизнь, как-будто главный приз,
За боль награда.
* * *
Житейские проблемы во мне,
Словно мелочь в кармане,
Словно зола в огне
Или завтрашний чай в стакане.
В крови растворяется свет,
Красный, тревожный, жаркий.
А солнце далеких побед –
Как штамп на небесной марке.
* * *
Превращается камень в песок,
Антрацитом становится лес.
Но по – прежнему - пуля в висок,
И по – прежнему – нету чудес.
Не становится зло добром,
И тревогою память больна.
Мы по – прежнему – только берём.
Но на всё есть своя цена.
* * *
Лето уходит в отпуск,
Телам уютней в одежде.
А неба размытый фокус
Фиксирует: всё, как прежде.
Листва догорает молча,
Но в небо взлетают ракеты,
И тем разрывают в клочья
Надежды ушедшего лета.
* * *
У первых холодов – нестрашный вид –
В зелёных листьях притаилось лето.
И ощущенье осени парит,
Как голубь мира над планетой.
И синева раскрытого зрачка.
Подобна синеве небесной.
И даже грусть пока ещё легка,
Как будто пёрышко над бездной.
* * *
Превращаюсь в самого себя.
И, прощаясь, снова возвращаюсь.
И прощаю, всей душой любя.
И прощенья в муках добиваюсь.
Краем уха слышу дальний гром
И, не веря небесам на слово,
Вижу, как заглядывает в дом
Падающий, жёлтый лист кленовый.
* * *
Ещё по-летнему тепло,
Но листья кружат под ногами.
И, значит, время их прошло.
Или проходит. Вместе с нами.
Под ветром времени и мы
Вершим, кружась, своё движенье
Сквозь ожидание зимы
И гнёт земного притяженья.
* * *
Трещит асфальтовая скорлупа,
Пейзаж привычен, но не прочен.
Бегущий рядом, глядь, упал,
Безжизнен, словно обесточен.
От взрывов меркнет свет в глазах.
Какого цвета нынче знамя?
Роняет слёзы Бог – Аллах,
Идя по взрывам вместе с нами.
* * *
У ветра сбит прицел – он метит на восток,
И среди прочих дел попутно бьёт в висок
Кружащейся листве, что падает к ногам.
И нагота ветвей, одолевая срам,
Подобна наготе идущих на расстрел.
И только кое – где, по – стариковски смел,
Трепещет в кроне лист, всё превратив в игру,
И рвётся в небо жизнь на бешеном ветру.
* * *
Каштаны погасли,
и кончено лето.
Хоть в летних мундирах стоят тополя,
Расстреляна листьями,
полураздета,
Вращается,
падая в пропасть,
земля.
Разрывы сердец
и ракетные взрывы.
И целящий в душу
шальной листопад…
И кто- то, взирающий неторопливо
На лица бегущих сквозь осень
Солдат.
* * *
Сгущаются тучи и краски,
И правдой становится ложь.
А лица сгущаются в маски,
Рождая из трепета дрожь.
И мир вперемешку с войною
Сгущает вселенский простор.
И в нём растворяются двое,
Сгущая в Судьбу разговор.
* * *
Пронзают пространство чужие слова,
И каждое метит в меня.
И, невзирая на Покрова,
Нет спасу от злого огня.
И, словно нависла словесная сеть,
И тлеет, и тлеет запал.
Чем всё это слушать, смотреть
И терпеть –
Переключаю канал!
* * *
В промежутке меж двух облаков –
Ясность дня,
Словно умный меж двух дураков,
Включая меня.
И как будто кривая тень
В вышине.
Что готовит мне новый день?
Или не мне.
* * *
Абрикосовый цвет в апреле –
Украшение улиц моих.
Абрикосовые карусели –
Город в них, словно белый стих.
Я полвека его читаю –
Строки дней и поэмы лет,
Ожиданием урожая
Осеняя апрельский цвет.
* * *
Всё происходит совсем не случайно.
И случай внезапный – тоже не вдруг.
И даже коснувшись окраины тайны,
Не пересечь заколдованный круг.
Рядом – своя и чужая удача,
И между ними – вчерашняя боль.
Совесть, глаза воспаленные пряча,
Плохо играет заглавную роль.
* * *
На каждое НЕТ находится ДА,
Веское даже отчасти.
Предутренним светом сияет звезда,
И день предвещает счастье.
