Сопка Любви существует на самом деле. С ее вершины весь Якутск виден как на ладони. О ней ходит много красивых легенд, и для молодых влюбленных людей она стала символом чистоты и верности… пока как-то летом на Сопке не был найден наполовину скелетированный труп девушки.Следственно-оперативная группа опросила возможных свидетелей. Кто-то видел, как ночью девушка садилась в светлую машину. Взяли в разработку водителя – Богдана Гужву, приехавшего в Якутск на заработки из Харькова. Сделали запрос в УВД Харьковской области. Когда пришел ответ, оперативная группа просто онемела от шока: Богдан Гужва, по сведениям, был зарезан ножом три года назад.А спустя некоторое время по округе пошел слух, что на Сопке Любви появился призрак убитой…
Полковник милиции в отставке Григорий Алексеевич Живин не спеша завтракал в своем частном доме, расположенном далеко за городом, и читал газеты, которые жена принесла ему еще прошлым вечером. Обычно, даже если времени не хватало, он все равно сразу мельком просматривал свежие издания и оставлял основательное чтение до лучших времен. Вчера неотложные дела помешали установившейся привычке. Живин смог добраться до постели только к ночи, едва разобравшись в мудреном устройстве своей забарахлившей иномарки. Теперь, за поздним завтраком, он с наслаждением предался любимому занятию, перелистывал хрустящие, пахнущие свежестью газетные страницы.
Живину торопиться было некуда. Он отслужил в милиции больше тридцати лет, в молодости и в зрелом возрасте работал в уголовном розыске и других оперативных службах, последнее десятилетие был на руководящих должностях, а два года назад ушел на заслуженный отдых. Лежать дома без дела было не в его натуре, и он тут же устроился в юридический отдел крупной фирмы, специализирующейся на поставках бытовой химии и всевозможных хозяйственных товаров. Теперь жизнь Григория Алексеевича текла размеренно и спокойно, без суеты и беспокойных ночей.
Однажды он для себя отметил, что долгие годы службы пролетели, как одно мгновение. В его сознании это было словно вчера, когда он, молодой сотрудник милиции, со своей женой и новорожденным сыном приехал из Иркутска в Якутск, где бессменно отработал почти десять лет в городском управлении уголовного розыска.
– Таня, представить себе не могу, как пролетели годы, – сказал Живин своей супруге. – Как один день!
– Значит, хорошо живем, – отвечала ему она. – Когда жизнь в удовольствие, она и течет незаметно. Вот у кого не заладилась, тем кажется, что они в своих страданиях живут целую вечность.
Живин утвердительно покивал в ответ жене, с которой они в любви и согласии прожили не один десяток лет.
Григорий Алексеевич прочитал несколько газет, взялся за последнюю и поморщился. Он не любил желтую прессу за злоязычность и постоянное копание в грязном белье всяческих знаменитостей. Досадуя, что жена опять купила эту вот ненавистную ему газетенку, он принялся быстро перелистывать страницы, и взгляд его вдруг упал на заголовок в рубрике «Страшные истории Якутии»: «На сопке Любви видели призрак».
Сердце отставного полковника милиции тревожно забилось, и он начал читать заметку неизвестного автора:
«Якутск изобилует территориями, где происходят необъяснимые паранормальные явления. Здесь порой можно лицезреть нечто страшное, жуткое.
Одно из подобных мест – так называемая сопка Любви, расположенная на северо-западной окраине города. Откуда взялось это говорящее название сопки, никто толком объяснить не может. Свое имя, скорее всего, она заслужила в семидесятые-восьмидесятые годы прошлого столетия, когда люди стали массово обзаводиться личным автотранспортом и выезжать парочками на природу. Ведь на телеге или на санях не отправишься на сопку для любовных утех. Наши деды успешно занимались этим делом, не выезжая из города.
В конце восьмидесятых на сопке Любви была изнасилована и убита молодая женщина. Знатоки страшных и гиблых мест города утверждают, что постоянно видят ее в окрестностях сопки и, что примечательно, только в зимнее время. Она в легком белом платьице одиноко голосует проезжающему транспорту, вызывая страх и трепет у водителей и пассажиров».
Живин нервно усмехнулся, встал и прошелся по комнате, не выпуская газету из рук.
«А ведь эти убийства мы же и раскрывали, – думал старый милиционер, пытаясь унять волнение, накатившее на него. – Почти тридцать лет назад. Более четверти века прошло. Это невообразимо. Надо же, как летит время! О призраке в городе заговорили сразу после убийств двух женщин, совершенных с промежутком в полгода. Чей же именно призрак имеют в виду люди, который из двух? Конечно, все это чепуха, выдумка, но слухи упорные, не ослабевают десятилетиями. А вдруг?..»
Опытный милиционер, разумеется, не верил во всякие привидения и призраки, но в последние годы в силу своего возраста он все больше проникался приметами и поверьями. С подобным мировоззрением и возможность существования нечистой силы представлялась не такой уж и фантастической.
Живин отложил газету в сторону, вышел во двор, сел на старенькую скамейку возле завалинки. Воспоминания унесли его к давним событиям, произошедшим в окрестностях сопки Любви.
Григорий Живин, тридцать два года, майор милиции, старший группы уголовного розыска Якутского городского управления внутренних дел по розыску преступников и граждан, пропавших без вести, имел двух верных друзей. Оба они являлись его подчиненными, капитанами милиции. Тимофею Лапину было тогда тридцать лет, Самсону Кириллову – двадцать восемь.
