— Откуда я знаю? — Форчун уперся локтями в письменный стол, закрыл глаза руками и застонал. — Я больше ничего не знаю! Даже не знаю, какой сегодня день! — Потом Лео смерил их злобным взглядом. — Я знаю одно: у меня нет времени на дурацкие игры. Если хотите что-то сказать, говорите прямо. Или уходите.
Латам попался еще до конца дня. Помогла сделанная несколько лет назад фотография, на которой супруги приятно улыбались. Джильду аккуратно отрезали, и через час полиция распространила снимок. Дневной выпуск «Ивнинг стандард» напечатал ее на первой полосе. Черное такси тоже засекли быстро. Водитель прибыл за Латамом в Бантинг-Сент-Клер и высадил у станции Саут-Руслип, соединявшейся с основной линией метро.
Там Латама хорошо запомнили, потому что он безуспешно пытался очаровать кассиршу. Эндрю купил билет до Лондона через Хай-Уайкомб. Похоже, он был в чудесном расположении духа. По словам кассирши, сиял так, словно выиграл в лотерею.
Совершенно не догадываясь, что его уже разыскивает полиция, Латам ничуть не скрывался и — к несчастью для романтического воображения Троя — даже не был загримирован. Эндрю задержали на вокзале Ватерлоо около четырех часов, когда он пытался сесть на поезд до Саутгемптона. В шесть часов ошеломленного Латама доставили в полицейский участок Костона и спросили, не требуется ли ему присутствие адвоката. В комнате для допросов находились два полицейских в штатском. На столе лежали папка и какой-то пухлый конверт. Узнав людей, которые всего несколько дней назад застали его в бунгало, Латам сильно помрачнел.
Если бы они что-то знали, то арестовали бы его еще тогда. Что они знают теперь? Что они могут знать? Конечно, есть пара вещей, которые искусная ищейка могла бы обнаружить. Но для этого нужно знать, что искать, а этого они как раз и не знают.
Латаму зачитали его права. Эндрю знал, что заставить его говорить нельзя. Это означало, что сила на его стороне. Потому что на свете нет ничего сильнее молчания.
— Собрались в отпуск, мистер Латам?
Эндрю улыбнулся.
— В одиночку? — Барнеби сделал паузу. — Или собирались встретиться с кем-то позже? — Ответа не последовало. — Возможно, во Франции? — Ответа не последовало.
— Где вы взяли деньги? — спросил худой и рыжеволосый.
— Не ваше дело. — Черт побери, он допустил ошибку. Нужно было спросить: «Какие деньги?» Эти люди собаку съели на хитростях и провокациях.
— В ходе следствия мы выяснили, что вы не получаете официального жалованья.
— И что кошелек находится у миссис Латам.
— Которая еженедельно выдает вам содержание.
— Очень маленькое содержание.
— Так где вы взяли деньги?
— Какие деньги?
Здоровяк открыл папку и вынул оттуда бумаги, которые Эндрю тут же узнал. При задержании у него забрали сумку и выдали расписку. Видимо, сумку обыскали. Но на это нужен специальный ордер. Если они нарушили закон, то добытые улики считаются недействительными. Пожалуй, он напрасно не согласился дать им письменные показания.
— У вас есть на это разрешение? — спросил он.
— Это балансовый счет на четыреста с лишним тысяч фунтов. — Молчание. — Что заставило вас открыть счет за рубежом? — Молчание. — Может быть, у вас есть разрешение налогового управления?
Эндрю пожал плечами. Справившись с потрясением, вызванным пониманием того, что его недавно приобретенное богатство стало достоянием гласности, он заново осознал важность молчания. От него требовалось только одно: не отвечать на вопросы и не давать ловить себя на противоречиях. Упереться всеми копытами и делать вид, что ты ничего не понимаешь. Бог свидетель, на это он мастер.
— Мистер Латам, почему вы решили бежать именно сегодня?
— Это ведь был побег, не правда ли?
— А не просто желание повидать веселый Париж.
Веселый Париж? Ничего подобного. Он собирался добраться до Шербура, взять напрокат машину, доехать до Прованса, а оттуда махнуть в Италию. Сорренто, Позитано, Капри. В те места, где он мечтал обзавестись недвижимостью. Но теперь собственная вилла могла стать реальностью.
— Не потому ли, что расследование убийства Авы Гаррет продвигалось слишком быстро?
— «Костонское эхо» подробно описывало это дело.
— Как она встретила своего убийцу у «Нортуик-парка».
Лицо Эндрю выражало крайнее недоумение. Но поддерживать эту мину было трудно, потому что именно данная цепь событий заставила его пуститься в бега.
— Рано или поздно нашелся бы свидетель, который видел вас.
— Или вашу машину.
— Да, бросающуюся в глаза желтую машину.
Тут в комнату вошла поразительно красивая девушка в форме и принесла поднос с чаем и песочным печеньем. Боже, что за зрелище для истосковавшегося взгляда! Сосредоточенность Эндрю тут же поколебалась. Он тепло улыбнулся девушке, но та не сводила глаз с младшего из двух полицейских, который улыбался ей еще теплее.
— Эбби-Роуз, ты просто кинозвезда, — сказал рыжий.
Эбби-Роуз! Эндрю запомнил это имя. Теперь он может позволить себе все. Даже такую девушку.
