Александр Филиппович ПЛОНСКИЙ
ПРИЗРАК В ПОТЕРТЫХ ДЖИНСАХ
Фантастический рассказ
Он стоял возле большого, во всю стену, книжного шкафа. На нем были вылинявшие джинсы и рубашка с хлястиками - стандартная одежда стандартного молодого человека последней четверти двадцатого века. И человек этот смотрел на меня укоризненно.
- Что это по-вашему? - спросил он.
- Просто шкаф, - ответил я. - У вас его еще называют "стенкой".
Человек в джинсах, не глядя, достал книгу, и та, словно сама собой, раскрылась на нужной странице.
- Послушайте, что пишет Лидин. "Книжный шкаф в комнате - не просто собрание книг, пусть даже отлично изданных, это то, с чем живешь, что учит и ведет за собой. Даже в гости приглашаешь именно тех, с кем испытываешь потребность общения..."
- И вы пригласили меня. Тронут. Но почему у вас так часто взывают к авторитету книги, к мертвой мысли?
- Мысль не бывает мертвой, - возразил он. - Этим она обязана именно книге.
Я прервал его речь - не выношу патетики, которой в старину так часто подменяли аргументы!
- Книга всего лишь средство информации. И свое предназначение она уже не оправдывает.
Он упрямо стоял на своем:
- Книги издают стотысячными тиражами, а их все же не хватает!
- Вот именно! Вы, сами того не желая, подкрепляете мою точку зрения. Информационный взрыв исчерпал возможности книги. Мода на книги преходяща, как и на... - мне удалось найти доступное для него сравнение, - как и на джинсы!
- Дались вам джинсы, точно моей бабушке, никак к ним не привыкнет! улыбнулся собеседник и продолжал уже серьезно: - Между прочим джинсы функциональны, в этом секрет их устойчивой модности.
- Хлястики на рубашке тоже функциональны?
- Вы словно с другой планеты, - пожал он плечами. - Не судим же мы о Древнем Египте по одежде, которую носили фараоны!
- Зато судите по мумиям фараонов. И книги, - нашел я точное сравнение, - сродни мумиям. В них забальзамированы события, образы, характеры. К тому же не реальные и не достоверные, а произвольные, зачастую неправдоподобные, противоречащие вероятности. Человек, интеллектуальные возможности которого ограничены природой, не в состоянии преодолеть субъективность, его восприятие мира однобоко, а попытки отразить реальную действительность в так называемой художественной литературе напоминают кривое зеркало.
- И что же вы противопоставляете художественной литературе?
- Математическое моделирование. Задают граничные условия: место действия, эпоху, масштабы события, классификационные характеристики действующих лиц, документально подтвержденные исторические факты - все это кодируют и вводят в компьютер.
- А судьба?
- Что вы имеете в виду?
- Ну хотя бы то непредвиденное, что может произойти с личностью!
- В одну из параллельных цепей причинно-следственной связи включают генератор случайных чисел... Остается соединить человеческий мозг с компьютером, и человек станет участником эпопеи, которую не смог бы сочинить самый гениальный писатель!
- Вы не признаете творчества?
- Смотря что понимать под словом "творчество". В основе моделирования жизни именно творческий акт, но не стихийный, зависящий от вдохновения, а научно оптимизированный, опирающийся на память машин, их безупречную логику и неподкупность.
- Неподкупность? - удивился человек в джинсах.
- Компьютер лишен симпатий и антипатий, не поддается внушению, не знает, что такое предвзятость.
- А как же Лев Толстой, Бальзак, Хемингуэй, им следует вынести вотум недоверия?
Право же, это становилось забавным.
- В какой-то мере они - исключение, их можно оправдать. Да я и не отрицаю роль литературы в прошлом. Речь идет о настоящем, моем настоящем.
Он указал на полку с фантастикой.
- А что вы скажете о Леме, Ефремове, Казанцеве?
- Решительно отвергаю фантастику. Фантасты состязались в нагромождении нелепостей, пренебрежении законами природы. В их произведениях на первом плане компьютеры и роботы, а не люди, но именно логика, этот краеугольный камень машинного интеллекта, попирается походя, как у вас говорят, без зазрения совести!
- Но фантастика подталкивает науку, придает ей смелости...
- Скажите лучше, что это мираж, влекущий в бесплодные зыби. Наркотик может породить в воображении яркие, фантастические картины. Значит ли это, что...
- Ваше сравнение абсурдно. Фантастика развивает в человеке интуицию, а без нее...
- Мы отказались от всего, что связано с интуицией. Вы считаете ее чуть ли не божественным даром. В наше же время ей попросту не доверяют. Зачем нужна интуиция, если компьютер путем последовательного перебора в считанные секунды всегда найдет правильное решение.
- А если нужно перебрать бесчисленное множество вариантов?
Странно, что такой случай раньше не приходил мне в голову...
- Но память компьютера практически всеобъемлюща, а быстродействие почти безгранично...
Он обратил против меня мое же оружие - логику.
