Роджер с Магнолией молниеносно повернулись и увидели перед собой призрак темнокожего мужчины средних лет, стоявшего на полу в десяти футах от полукруглого стола. Полупрозрачное видение шагнуло вперед и сцепило руки за спиной.
Не привидение. Голограмма.
Роджер встал и улыбнулся странного вида мужчине с аккуратной бородкой и короткой прической.
Тот в ответ тоже одарил его улыбкой, обнажив идеальный ряд зубов. На нем был костюм и безупречно выглаженные брюки. Дайвер еще никогда не видел человека в такой красивой, новой одежде.
– Меня зовут Тимоти Пеппер, я менеджер этого зала.
Магнолия с Роджером обменялись взглядами.
– Меня зовут Магнолия, – сказала девушка, – а это Роджер.
– Чрезвычайно рад с вами познакомиться, Магнолия и Роджер, – ответил Пеппер.
Он расцепил пальцы и поднял руки, будто намереваясь вознести хвалу небесам.
– Вы находитесь в зале криогенных камер Тринадцатого жилого блока ИТК.
Он показал на башни, высившиеся с обеих сторон от полукруглого стола.
– Здесь насчитывается одна тысяча двадцать капсул, содержащих в себе самые разные виды, их запланировано открыть через… – Тимоти поднял запястье, бросил взгляд на замысловатые часы и продолжил: —…двести сорок лет, два месяца, пять дней, двенадцать часов, сорок пять минут и тринадцать секунд.
Роджер ткнул Магнолию локтем в бок.
– А парень-то ни слухом, ни духом…
Тимоти посмотрел на Роджера и поднял кустистую бровь.
– Сколько времени прошло с момента последнего входа в систему? – спросила Магнолия.
Голограмма еще раз взглянула на часы.
– Сто три года, два месяца, пятнадцать дней, четырнадцать часов, пятнадцать…
– Да поняли мы, поняли, – перебила его Магнолия, – Тимоти, в вашем зале кое-что произошло, и мы пытаемся понять, что именно.
– Прошу прощения, но моя система была повреждена, и из-за ошибки с кодом «невозможно найти временну`ю отметку» я все это время спал.
Голограмма мигнула, и Тимоти добавил:
– Подождите, пожалуйста, я сейчас загляну в архив.
Секунду спустя видение исчезло, а над головой послышался громкий щелчок. На башнях загорелись секции ламп, заполнив весь зал ярким сиянием, и Роджеру пришлось прикрыть ладонью глаза.
– У нас проблема, – произнес голос, – случилось нечто ужасное.
Когда глаза Роджера постепенно привыкли к свету, он опустил руку и увидел Тимоти, стоявшего перед компьютером слева.
– Что за черт, приятель! – сказал дайвер, дернувшись в сторону. – Не надо меня так пугать.
– Прошу прощения, Роджер.
– Что здесь произошло? – опять спросила Магнолия. – Хоть одна капсула уцелела?
– На девятнадцатой монтажной площадке по-прежнему функционируют десять камер, – ответил Тимоти, – я сейчас доставлю сюда капсулу девятьсот восемьдесят семь.
Лязгнули когти кран-балки, которая тут же со скрежетом покатилась по ржавому рельсу, завернула за угол и скрылась из виду.
– Так вы скажете нам, что произошло? – спросила Магнолия.
– Система получила повреждения во время нападения сто один год, два месяца…
Увидев между башен проблеск какого-то движения, Роджер схватился за винтовку. Он поднял ее, когда сирена рванулась к нижней камере ближайшей башни, но Магнолия остановила его.
– Это всего лишь голограмма, Родж.
Тварь оседлала капсулу и поддела когтями крышку, заскрежетав ими по стеклу. Затем в приступе ярости стала колотить в окошко головой. К ней, запрыгнув на камеру, присоединилась вторая голографическая сирена, они вместе пробили стекло и вырвали его.
Именно в этот момент до Роджера дошло, что они смотрят запись событий более чем столетней давности.
Монстры вытащили из камеры лысого, нагого молодого человека и стащили на пол. Не поднимаясь на ноги, человек ошеломленно пытался закрыть голову руками, но в этот момент в помещение хлынула новая волна сирен и окружила его со всех сторон. Он присмотрелся к подбиравшимся чудовищам и с криком отпрянул. Мгновение спустя зверюги набросились на несчастного и разорвали в клочья. Оторвали руку, а когда их бледные тела обагрил фонтан крови, принялись драться за нее.
– О боже… – сказала Магнолия. – Это были сирены. Но как такое могло случиться?
Хотя Роджер видел перед собой лишь голограммы, ему было очень трудно наблюдать, как бедолагу рвут на куски. В зал ворвались сотни сирен и стали карабкаться по башням наверх, словно муравьи, проламывая капсулы, выволакивая из них животных и людей.
Вновь донесся бесстрастный голос Тимоти.
– Погодите.
Гротескная сцена исчезла, и ей на смену пришла голограмма нескольких людей в такой же одежде, как Тимоти, но более обветшалой. Группку изможденных людей вела по залу женщина. Вот она остановилась у башни, уперла руки в бока и подняла глаза. Своими движениями она напомнила Роджеру капитана Марию Эш: сильный и гордый командир. Другие обступили ее кольцом.
– Я разговаривала с командующими всех остальных коллективных убежищ, в том числе в других странах, и мы договорились разбудить пять процентов людей и двадцать процентов животных. При столь ограниченных ресурсах для содержания Бастиона Хиллтоп нам понадобятся дополнительные рабочие руки. Нескольких животных мы забьем сразу, а остальных пустим на развод.
