— Знаю. Зато смотрится как! Смотрю на нее — деда вспоминаю! Он с ней от Курска до Вены дошел, и нифига на склад не сдал, написал в рапорте, что взрывом разбило, сныкал как-то, и на чердаке до последнего прятал. А сейчас батя ее легально на себя оформил, договорился с ментами.
— Класс! — восхищенно ответила Катя, — А можно ее в руках подержать?
— Ну, тебе так и быть! Бери!
Катя аккуратно сняла винтовку с гвоздя, провела рукой по стволу, по цевью, после чего явно привычным движением открыла затвор.
— Как новая, ни потертостей, ни коррозии…
Под завершающий песню The Kinslayer взрыв она закрыла затвор и спустила курок.
— Вещь! — уважительно произнесла она вешая оружие на место, — Сталкер, может постреляем как нибудь?
— Да без проблем, завтра в лес, если что сходим.
— Так на базу, Паш! Там заодно из автомата моего постреляем, схрон то там, неподалеку — подсказал Факел.
— Ну, ладно, это завтра! Что-то стало холодать! Не пора ли нам поддать… — Сталкер разлил остатки водки по стопкам.
— Давайте деда помянем! — встал он с кресла. Факел и Катя молча поднялись и осушили стопки.
— Сталкер, а откуда у тебя кликуха такая интересная? — присев спросила Катя.
— Это плохая история. Я, когда мы с Факелом в шараге учились — пьянствовал сильно. И однажды, в угаре после рыбалки зимней притопал на пару в валенках с чунями и плаще ОЗК[45] поверх тулупа, прямо из сарая, где всю ночь бухали.
— Силен! И в прямь Сталкер! — засмеялась Катя, Ладно хоть без противогаза!
— Ты че, Пашку чуть из училища не выперли, и с тех пор он пьет поменьше! — подтвердил Факел.
— А у тебя погоняло есть? — спросил Сталкер, — А то сейчас придумаем.
— Не надо ничего придумывать, Пантера мое второе имя — ответила Катя, Еще со школы.
— У немцев танк такой был — кивнул Сталкер.
— А танк то тут при чем? Что-то ты не в тему! — не понял его Факел.
— Да так просто, само как-то в голову пришло. Солидно звучит! Факел, ну, как там? Приказ номер шестьсот шестьдесят шесть. Зачислить в отряд Пантеру, она же Екатерина… А фамилия тебе как?
— Вы смеяться будете — ответила Пантера, с улыбкой слушавшая бред, который нес Сталкер.
— Не будем, говори — заинтересовался Факел.
— Страшнова.
— Да, сильно!!! — после некоторой паузы выдал Факел.
— Ну вот так вот. Могу паспорт показать!
— Ну, это нормально! — зевнул Сталкер, — В общем, че хочется сказать: Леха, мы с тобой отправляемся колоть дрова и топить баню. А ты, Кать, может чего нибудь поинтересней хлеба с колбасой сготовишь? — спросил он.
— Это без проблем, а где у тебя чего?
— Да жратвы полный холодильник, ну и по ящикам там пошуруй. В общем хозяйничай, а мы пошли.
За полчаса под еле моросящим дождем Факел и Сталкер, матюгаясь и распевая похабные песни, покололи дрова и затопили печь.
— Ну, ты как был — так и есть! Худой вроде, а ухарь ломовой! — Сталкер подмигнул Факелу, — Когда в армейке горбатиться заставляли — всегда тебя вспоминал!
— Рад стараться! — ответил Факел.
На всю квартиру уже пахло чем-то вкусным. Пройдя в комнату, Факел и Сталкер обнаружили на столе достаточное количество нарезанной колбасы, хлеба, две больших миски с салатом.
— Вот так, Сталкер! Талантливые люди талантливы во всем! — ответил соратнику Факел, падая на диван.
— Да, признаю! — согласился он, — Катерина, это что-то!
— Ну, как там баня? — спросила пришедшая с кухни Пантера.
— Нормально, печь затопили! — ответил Факел, А чем это у тебя там так вкусно пахнет?
— Да ничего особенного. Картошка жарится с мясом. Это нам сейчас, когда Астерот приедет — пельмени сварим.
— Понятно, присаживайся, пивка попьем… — бросил Сталкер, разливая по стаканам остатки «Окского».
— Хорошую музыку ты Сталкер слушаешь! Недели три назад я даже не знала, что такие скины бывают, да еще и так близко и в таких количествах — произнесла Пантера, отхлебнув немного из бокала.
— Дело в том, любимая, что мы не скины. Как я уже говорил, мы каратели — начал было толкать речь Факел.
— Ну ладно, ладно, давай пальцы то не гни! Я изъебнутся на словах то тоже могу, смысл вы поняли.
— Ну че, как-то оно так получилось! — пожал плечами Сталкер, — Только ты не думай, я хоть музон такой и слушаю, я не сатанист, да и не отморозок типа Лёхи. У меня даже белые шнурки всего одни.
— Ну, счет — дело наживное, у меня тоже пока всего одни… А по сатанизму, ты что, фофудьеносец что ли?
— Нет конечно, мне просто пофигу вся эта тема, не понимаю я, зачем церкви жечь и кладбища громить.
— Ну, церкви — это вариант упреждающего удара, который еще не нанесен, да и вряд ли будет. Система ведь может спровоцировать против нас разную фофудью, учитывая то, что ЗАО РПЦ фактически государственная конторка, поэтому мы с этим маразмом и боремся, а погромы на погостах — это для клоунов. Настоящий сатанист или язычник не опустится до такого.
