– Что? – спросила Полина, доставая из шкафа свою черную водолазку и спортивные штаны, – деньги вымогали? У нас на заводе одна кобылица квартиру заложила. Дети с голыми жопами, а она зарплату пастору отдает до копейки. Дура. На, – вещи спланировали на диван. – Чем богаты.
Диана принялась расстегивать пуговицы на платье. Назар куснул кожицу на второй фаланге большого пальца и спросил:
– Плохие дяди ушли?
«Интересно», – отметила Полина.
– Ушли, ушли. Биба и Боба, два… долбодятла.
– Долбодятлы, – мальчик кротко улыбнулся.
Полина ошпарила горе-мамашу неодобрительным взором.
– Давно ты в свидетелях Иеговы?
– Месяц. И они не свидетели Иеговы.
– Я слабо ориентируюсь в сортах говна, – Полина подмигнула мальчику.
Диана, не стесняясь, сняла через голову платье. Она была превосходно сложена: осиная талия, округлая грудь. Плоский живот украшала татуировка – мультяшная панда. Сквозь прозрачные трусики просвечивала подбритая дорожка на лобке. Вера в фантомного Боженьку не мешала ей ухаживать за собой.
– Это еще что? – изумилась Полина.
Над чашечкой бежевого лифчика скотчем крест-накрест было приклеено крошечное устройство. Кнопочка и динамик.
– Диктофон. Перед сеансами у нас отбирали мобилки.
Диана надела водолазку, штаны.
– Подколи, – Полина протянула Диане булавку. И спросила, перехватив взгляд: – Где его настоящая мать?
Вопрос не застал девушку врасплох.
– Нет у него матери. Он детдомовский.
Назар не слушал взрослых. Он сел на диван и уперся щекой в боковину. Зевнул. Диана погладила мальчика по плечу.
– У вас Интернет есть?
– Не. Я в контютерах ни бельмеса.
На работе Полина активно пользовалась Сетью. Любила сайт «Одноклассники» за возможность устраивать срач в комментариях.
– Мы можем переночевать у вас?
– Если перестанешь трындеть.
– Пойдемте на кухню?
Назар опять зевнул. Его веки слипались.
– Отдыхай, заяц. – Полина укрыла мальчика пледом и вышла за Дианой.
– Занавески! – ойкнула брюнетка.
– Так лучше?
– Да. – Диана села за стол и обхватила руками виски.
Полина ждала подбоченившись.
– Моя фамилия – Искренко, – сказала гостья, – Диана Искренко, я журналист. Пишу для сайта «Снеговик». Серьезные статьи, расследования… Я ездила на Донбасс и брала интервью у Зверя Лесополосы – серийного убийцы.
– Моя бабка говорила: за дурною головою и ногам нема покою.
Диана не улыбнулась.
– Вы читали про Храм Вечного Возвращения?
– Нет.
– Тоталитарная секта. Зарегистрирована в девяносто третьем году. К началу нулевых насчитывала два десятка филиалов по всему СНГ. Не «Белое братство» и не сайентологи, но все же. Потом популярность ее пошла на спад. В Казахстане «возвращенцев» обвинили в непреднамеренном убийстве ребенка и лишили Храм статуса религиозного объединения. Были случаи доведения до суицида. Последователи Храма называют себя христианами, но это чушь. Они верят в пришельцев, в реинкарнацию. Это когда…
– Я в курсе.
– На сеансах… уроках… нам рассказывали о Звездных людях. Таких добреньких ангелах, живущих на облаках. Они используют человеческие тела как сосуды. Если правильно подготовить тело – молитвами, самоотречением, – можно пригласить в него ангела. Сестра Лиза имеет две души – собственную и космическую.
– Ты сейчас серьезно?
– Я повторяю то, что они втемяшивают прихожанам на своих посиделках.
– Сестра Лиза – их гуру?
– На местном уровне. Основателя секты звали Сапарбек Иван Омарович, для правоверных – Тон-Агын.
Влад проснулся в своей клетке и зашуршал опилками.
– Тон-Агын умер от инфаркта в девяносто девятом, но адепты говорят: вознесся к звездам. Его чтят как пророка.
– И ты месяц слушала эту галиматью? Ради сраной статьи?
– Сраной статьи? – Диана фыркнула. – За свои материалы я получила премию «Журналист года».
– Ладно, не обижайся.
– В тринадцатом году суд признал литературу Храма экстремистской, нарушающей права и свободы гражданина. Храм потерял источники финансирования, погряз в скандалах. На сегодня число его сторонников колеблется от сотни до двух. Здесь, в Шестине, – самый крупный филиал.
– Сколько?
– На собрания ходило до пятнадцати человек. Плюс ребенок. Дети есть в каждом приходе Храма. Сироты.
Полина достала из буфета початую бутылку коньяка.
– По капле?
– Не откажусь.
Янтарная жидкость наполнила чайные чашки. Полина выпила залпом, Диана пригубила.
– И тебя так просто пустили в их круг? Я хочу сказать, ты не похожа на богомолку.
– В секте состояли бывшие фотомодели, жены депутатов. Московский филиал возглавляла порноактриса. Ее посадили за издевательство над приемной дочерью. Я выдумала стандартную легенду. Отчим-садист, наркотики, бегство из Москвы в провинцию от жестокого бойфренда. Я бываю убедительной актрисой. Пастор сказала, Звездные люди очистят мою плоть от скверны.
– Назара они тоже мучили?
