Два года назад Грейсы нашли меня в заброшенном доме в Глуши. Взамен утраченных воспоминаний я обрела семью и необычное хобби: мы охотимся на духов, а гостей с того света в нашем городе предостаточно. Не скажу, что у меня мало проблем: моё тело не растет, я не чувствую боли и мной заинтересовалась местная Ведьма. Вот только на жалобы нет времени. Ведь в городе то и дело возникают Прорывы, и вскоре нам придётся собрать все силы, чтобы защитить свой мир.
Главное правило выживания в Глуши гласит: «Никогда не оставайся один». Не упускай людей из вида, не закрывайся в пустых помещениях, не заходи в заброшенные дома, когда никого нет рядом.
За два года это правило въелось под кожу. Нет, мы не боялись, что нас будут ругать за его нарушение — здесь, в трущобах, никто не считал нас детьми, за которыми надо приглядывать. Мы просто старались избегать неприятностей. Удавалось это не всегда.
До нашей квартирки оставалось два квартала, когда тишину промозглого весеннего вечера омрачил надрывный, горестный плач. Шедшие рядом братья — долговязый брюнет Рой, тащивший ведро с пойманными рыбешками, и вечно встрёпанный, как воробей, синеглазый Дин, подобрались и замерли, пытаясь понять, откуда звук.
Честное слово, хотелось притвориться глухой! Поскорее добраться до дома, приготовить ужин и завалиться спать, вытянув уставшие ноги. Но вой-плач повторился, ближе и громче, и я прогнала трусливую мысль. Вскинула голову, пристально всматриваясь в сумрак: старые дома нависали каменными громадами, скалились темными провалами окон. Наконец, я ее заметила — белая тень промелькнула на крыше соседнего здания.
— Вижу. Это банши, — вместе со мной проследил за тенью Рой, и мне в руки сунули ведро и удочки. — Побудь здесь.
Братья скрылись в переулке.
— Нет уж, давайте вместе, — буркнула я им вслед и бросилась за ними.
Пришлось пробежаться. Дыхание сбилось, удочки стучали о ведро, а ведро било по ногам, но оставаться одной после заката было слишком страшно.
Последняя война разрушительным молотом прошла по городам и стерла с лица земли половину из них. А еще она изменила наш мир. Не в плане политики. Границы, соглашения, альянсы — эта сторона вопроса нас, детей Глуши, волновала мало. Зато волновали Прорывы, из которых лезли призрачные твари: духи и химеры. Монстры из страшилок, которыми раньше пугали непослушных детей, стали частью нашей реальности и выбрались на улицы.
Тогда-то и появились контрактники — те, кто научились связываться и договариваться с потусторонним миром. Или охотились на гостей из Прорыва, как мы.
Догнать братьев удалось в конце переулка. Они укрылись за крыльцом, наблюдая за банши. По пути я с размаху влетела в лужу, забрызгала штаны до колен и, пока пыталась отдышаться, Дин указал на соседний дом.
— Там.
Тварь сидела на низкой крыше двухэтажного каменного здания, опершись костлявыми руками о грязно-серый бетон. Рваные одежды развевались на ветру, а длинные косматые волосы закрывали испещрённое морщинами нечеловечески уродливое лицо. Конечно, никакой банши из ирландских мифов тварь не была. Такое название получил разумный и опасный дух, способный принимать материальный облик и воющий перед нападением, за что мы, охотники, могли сказать ему отдельное спасибо.
А вот жертву вой перепугал не на шутку. Миссис Тельм — смешливая дородная булочница — то и дело озиралась и испуганно отшатывалась от каждой тени. Она с трудом справилась с замком подъезда и заскочила в дом, плотно прикрыв за собой дверь. Можно подумать, стены могли от всего защитить!
Рой проверил пистолет. В охоте важно подгадать время: если поспешишь, можешь вспугнуть, а помедлишь — тварь затаится. Караулить ее — занятие хуже не придумать.
— Придержи банши, а я прикончу, — попросил он брата.
— Только побыстрее, сейчас дождь начнется, — поёжился Дин, закатал рукава безразмерной куртки, и простенькая мелодия перекрыла горестный плач.
Дин играл на деревянной свирели повторяющийся мотив. Неслышная обычным людям мелодия обездвижила духа, и плач сменился криком, полным ярости и боли. Банши поняла — теперь охотятся на нее.
Затягивать Рой не собирался. Прицелился и выстрелил, обрывая вой, и банши пеплом рассыпалась на наших глазах.
— Третья тварь за месяц. И откуда они все повылезали? — проворчал Дин, убирая свирель обратно за пазуху.
Рой обернулся и едва не споткнулся о ведро: я неудачно поставила его рядышком.
— Идем домой, — он с усталым видом забрал снаряжение, и мы с Дином подхватились за ним, перестав пялиться на ночное небо. Задерживаться на улице после наступления темноты никому не хотелось.
Свои способности, как и полуночную охоту, братья от людей скрывали. Они стали контрактниками после смерти матери, желая отомстить за её гибель, и сполна расплачивались за помощь призванных ими духов. Условия у «альтов» — а именно так назвали духов-контрактников, были разными: напарником Дина стал бывший ученый Эрнесто, воодушевленный юноша, жаждущий знаний даже после смерти — и Дин учился, учился, учился! Постоянно что-то читал, и к своим четырнадцати годам запросто мог замещать учителей в нашей школе. А Рой заключил контракт с духом-охотником, и теперь сам преследовал и убивал призрачных тварей.
