Я считаю, что некоторым вещам в жизни просто суждено случиться. Это похоже на поговорку: «Все дороги ведут в Рим» — неважно, какой путь ты выберешь или какие непреодолимые препятствия встанут на пути, в конце концов ты окажешься там, где было предначертано. Почти волшебным образом.
========== Часть 1 ==========
Я считаю, что некоторым вещам в жизни просто суждено случиться. Это похоже на поговорку: «Все дороги ведут в Рим» — неважно, какой путь ты выберешь или какие непреодолимые препятствия встанут на пути, в конце концов ты окажешься там, где было предначертано. Почти волшебным образом.
Я дважды спасала жизнь Джинни Уизли. Это выходило почти чудом, когда надежды уже не было, когда все считали, что она умерла. Но каким-то образом у меня получалось.
Потому что так должно было случиться. Какое ещё можно найти этому объяснение?
Загвоздка в том, что ты никогда не узнаешь заранее, что именно «должно случиться».
Например, к тому времени, когда я перешла на пятый курс и стала старостой факультета, я была на все сто процентов уверена, что мне суждено стать старостой школы. Но этого так и не произошло.
Да, Гермиона Грейнджер так и не стала старостой школы, это шокирует, я знаю.
Всегда удивительно наблюдать за тем, куда тебя заведёт жизнь. Например, если бы мне кто-то на шестом курсе сказал, что через семь лет я буду жить в одной квартире с Блейзом Забини в пригороде небольшого магического городка, я бы ответила, что он, очевидно, обкурился травы.
— Я до-о-ома!
Не знаю, зачем я это говорю. Блейз никогда не отвечает, даже если я вхожу и застаю его прямо перед собой с бутылкой молока, он лишь смотрит на меня большими перепуганными глазами, словно я собираюсь убить его на месте за то, что он пьёт молоко прямо из бутылки.
Я дёргаю рукой, пытаясь высвободить ключи, застрявшие в замке, но те всё не поддаются. Сумочка зажата подмышкой, в то время как я, пытаясь снять свои чёрные туфли-лодочки, странно подскакиваю на одной ноге. Кажется, я натёрла из-за них мозоль. Вполне предсказуемо моя сумочка выскальзывает, и всё вываливается из неё, рассыпаясь по полу. Я присаживаюсь на корточки, бубня ругательства, которые непринуждённо срываются с губ, и запихиваю расчёску, бумажник, две помады и пару кнатов-монеток обратно. Потом я, забыв, что ключи застряли, резко дёргаю их, чуть не отрывая себе руку.
Я оставляю обувь у двери — привычка, которую ненавидит мой сосед, — босая иду на кухню, бросая сумочку на барную стойку. Вижу Блейза, вернее, его макушку, которая выглядывает из-за спинки дивана. Он не обращает на меня внимания, но это нормально. Мы оба довольно замкнутые люди. И можем целыми днями вообще не разговаривать…
…это не значит, что мы с ним не ладим.
Мы оба закончили Хогвартс пять лет назад, оба нуждались в жилье, и оба искали, с кем бы совместно снимать квартиру. Он предложил жить вместе, избавив друг друга от лишних хлопот, и я была удивлена тому, как легко согласилась. Я всё ещё не знаю, были ли у него тогда какие-то скрытые мотивы. Есть вероятность, что он хотел залезть ко мне под юбку, но, когда я проигнорировала его намёки, он отпустил эту идею; возможно, просто забыл, с его-то рассеянным, как у рыбки, вниманием.
Зато он очень спокойный.
Мы живём в одной квартире уже два года. Я прохожу стажировку в Министерстве и обучаюсь Экспериментальной магии в индивидуальном порядке. Блейз работает в небольшой магической фирме, которая изучает забытые заклинания, древние артефакты и обрядовую магию. Это эквивалент археологии в волшебном мире. Так что мы неплохо ладим, сойдясь на обоюдной любви к книгам и уединённым исследованиям.
Я беру ложечку и достаю из холодильника йогурт.
Примерно через час у меня деловой ужин, но я сомневаюсь, что во время него у меня будет возможность спокойно поесть. При одной мысли об этом мероприятии на меня накатывает дурнота. Я всерьёз переживаю, как бы меня не вывернуло на этом грёбаном ужине: симптомы лишь усилятся, если я попытаюсь на нём что-нибудь съесть.
Блейз — отличный сосед. Он тихий… Он не разбрасывает пропахшие потом рубашки или грязное нижнее бельё по гостиной. Иногда он делает что-то по дому, хотя, будь моя воля, я бы сама стирала всю одежду. Он без жалоб ест то, что я готовлю, и никогда не пытается умыкнуть из холодильника то, что я купила для себя. И главное, он вовремя платит за квартиру.
У нас отдельные душевые кабины. Я думаю, мы оба с самого начала знали, что нам понадобятся разные ванные, чтобы не нарушать гармонии совместного проживания. Мы оба невозможные брюзги, когда дело доходит до ванной. Мы жадно расходуем горячую воду каждый раз, когда выпадает такая возможность. Я пользуюсь его бритвами, а он ненавидит мои гели для душа и ароматические свечи. Он любит разбрасывать мою косметику в припадке пассивно-агрессивного бешенства, если она вдруг мешает ему. Клянусь, для парней покидать флаконы и тюбики — это как сорваться в ПМС; изредка у него случаются такие всплески тестостерона, и он мечется по квартире, колотя себя в грудь. Потом это проходит, и он снова становится тихим и непритязательным Блейзом.
Может быть, это из-за того, что он живёт с девушкой, которая доводит его до этих припадков…
…или, может быть, это из-за того, что он археолог.
