Призраки дома Эшберн полностью

Я идиотка. Пошатываясь, она прошла по коридору в гостиную, которую уже привыкла считать своим надежным убежищем. Вольфганг забился в угол, прижав уши и распушив хвост, и уставился на дверь. Эдриенн плотно закрыла ее за собой. Я думала, это будет безопасно. До входной двери оставалось всего десять шагов, и я решила, что она отступила в лес. Я не ожидала, что она будет поджидать меня на крыше.

Эдриенн тяжело опустилась в кресло и горько улыбнулась Вольфгангу.

– Там было так тихо. Я должна был догадаться, что она где-то рядом. Даже сверчков не было слышно. Какая же я идиотка.

Урок усвоен. Даже самая безопасная авантюра все еще остается авантюрой. А Эдит оказалась хитрее, чем я ожидала. Я должна оставить всякую надежду выбраться из этого дома. Она грызла ноготь на большом пальце, глядя на догорающие угли костра. Это означает, что я смогу выбраться, только если кто-то приедет, чтобы проверить меня – тогда мы доберемся до города на его машине. Но даже это будет опасно для всех. Ничто не помешает Эдит напасть на другого человека, когда тот попытается выйти из машины.

И это только в том случае, если кто-то вообще приедет, что маловероятно.

Кусок дерева раскололся в камине и поднял небольшой сноп искр. Эдриенн глубоко вздохнула и подалась вперед в своем кресле. У нее появилась идея. Она была до смешного нелепой, но девушка решила, что это может сработать.

Эдриенн подбросила в огонь два новых полена. У нее было мало дров – того, что осталось, не хватит на всю ночь – но это не имело значения, если ее план сработает.

Она вытряхнула остатки растопки из ведерка у камина и перекинула его ручку через руку, затем захромала по дому в поисках каких-нибудь небольших резиновых или пластиковых предметов. В кухне она отыскала три пачки резиновых перчаток, две сливные пробки и жестянку с резинками. Все это отправилось в ведро, а вслед за ними – последнее кухонное полотенце.

В Эшберне было на удивление мало пластиковых предметов. В старом доме Эдриенн дешевые пластиковые миски, разделочные доски и лейки для воды были обычным делом, но Эдит, похоже, предпочитала дерево, стекло или металл. В конце концов Эдриенн нашла толстый рулон мусорных мешков в нижнем ящике и резиновый коврик в ванной и бросила их в ведро.

Это подойдет.

Она заковыляла обратно в гостиную и опустилась на колени перед камином. Огонь быстро охватил древесину и хорошо разгорелся. Девушка добавила еще полено, затем всыпала всю растопку и стала ждать, пока пламя разгорится.

Жар, исходящий от него, была просто невероятным, и Эдриенн пришлось снять куртку. Пот бисером выступил у нее на лбу, но испарился почти сразу, как появился. Она сняла бумагу с каминной полки и придвинула к себе массивную металлическую заслонку.

– Тебе лучше держаться подальше, приятель, – сказала она коту, который подошел посмотреть, что она делает. – Пахнуть будет не очень приятно.

Эдриенн вынула из ведра кухонное полотенце, обвязала им нижнюю половину лица, на манер грубой маски, затем скомкала последние страницы газет и бросила их в пылающий ад. Каучук и пластик так же отправились в огонь, затем девушка прижала заслонку к отверстию камина, чтобы закрыть его, насколько это было возможно.

Щупальца черного дыма тут же начали расползаться из-под заслонки, а вместе с ними появился запах горелой резины. Эдриенн был очень хорошо знаком этот смрад – еще с тех пор, как однажды осенним утром соседи решили устроить пожар на их заднем дворе. Она не могла забыть этот тошнотворный запах горящей резины, и как густой черный дым окутал их дом и покрыл пятнами кирпичи.

Этот дом виден из города. Все видели свет, который Эдит зажигала каждую пятницу. Уверена, дым они тоже заметят.

Она могла представить себе, как тот густой и черной рекой льется из каминной трубы и вздымается высоко в небо. Издалека это выглядело бы так, словно ее дом горит.