Роман «Призраки Гойи» — одно из ярких событий французской литературы 2007 года. Его авторы — оскароносный режиссер Милош Форман и известный сценарист Жан-Клод Карьер. Нарочито бесстрастный стиль повествования великолепно передает атмосферу Испании XVIII века.Красавицу Инес, музу и модель великого живописца Франсиско Гойи, обвиняют в ереси. Грозная слава инквизиции давно померкла, но церковь из последних сил пытается доказать, что время ее не прошло. Удастся ли художнику спасти женщину, чья красота помогла ему завоевать любовь власти и толпы? Стоит ли идти против системы ради обычной женщины? Имеет ли Художник моральное право рисковать своим даром?История Франсиско Гойи, Инес, монаха-инквизитора Лоренцо, превратилась с легкой руки авторов в масштабное полотно, вобравшее в себя все, чем пронизано творчество великого живописца — трагедию Испании, трагедию художника, трагедию человека перед лицом вечности, ведь как говорит сам Форман: «Самое важное — это история, а не конкретная биография».
Лоренсо Касамаресу недавно исполнился тридцать один год. Он родился в одной из глухих деревень Мурсии. Лоренсо, четвертый ребенок в бедной крестьянской семье, провел детство среди полей, бегая босиком даже зимой, собирал несжатые колоски, дикие плоды и сгребал конский навоз маленькой деревянной лопаткой. Мальчик ловил рыбу в речушках голыми руками и охотился на птиц из рогатки. Когда наступала пора урожая, он воровал инжир и виноград. Раза два-три воришка попался, и его отхлестали крапивой. Так Лоренсо, едва появившись на свет, узнал, насколько тяжелой может быть жизнь в этом мире.
Ему также известно, что существует другая жизнь, и лишь она одна представляет ценность.
Когда мальчику исполнилось семь, его заметил местный священник, с которым тот порой препирался на обязательной пятничной исповеди. Священник, пораженный не по годам развитым живым умом Лоренсо, его неистощимым интересом к таинствам веры и врожденной религиозностью, изыскал способ отправить девятилетнего парнишку в духовную семинарию, чтобы тот получил бесплатное образование. Семья Лоренсо с радостью согласилась, восприняв это как редкое в ту пору благо. К тому же одним едоком стало меньше.
Юный Лоренсо, трудолюбивый, очень способный и крайне набожный, но при этом шалун и задира, быстро научился читать и писать, наверстав два года. Он работал тайком по ночам, при свече, и молил Бога дать ему сил для борьбы с недосыпанием.
В тринадцать лет подросток, помимо кастильского языка, довольно неплохо владел латынью и даже усвоил азы греческого. Учение было его страстью. Каждый день перед ним открывался дотоле неведомой мир знаний, мирских и духовных. Это была область, где Лоренсо мог чувствовать себя на равных с учениками из других сословий, детьми купцов и даже мелкопоместных дворян, заносчивыми, но большей частью не блиставшими талантами тугодумами, не способными учиться. Это равенство в области премудрости казалось крестьянскому сыну даром Божьим.
В шестнадцать лет юноша уже сочинял стихи на латыни и читал наизусть псалмы. Он пользовался популярностью у товарищей по учебе, был заводилой и возбуждал у них зависть. Они не раз доносили на Лоренсо, жалуясь на его грубость и заносчивость. Он же неизменно ловко выкручивался. Он был лучшим почти по всем предметам.
В положенное время Лоренсо принял постриг. Он испытывал непреодолимое влечение к богословию. Эта наука открывала безграничные горизонты для его ума, который обнаруживал в ней, наряду со святыми, ангелами и архангелами, неожиданные умозаключения, небесные иерархии и бесконечные миры, тем более волнующие, что они оставались для него незримыми и непостижимыми.
Поскольку Лоренсо больше всего заботила чистота веры, его определили к доминиканцам, в монашеский орден, главным предназначением которого являлась борьба со всевозможными отклонениями и ересями. Из-за легендарной злобности этих монахов их окрестили на латыни
Юноша провел у доминиканцев период послушничества, а в 1779 году отправился в Рим с группой испанских монахов. Папа римский удостоил их личной аудиенции, продолжавшейся около двух часов. Папа говорил им о праведном королевстве, во славу которого им надлежало трудиться, а также защищать его, и заявил, что Испания — самый надежный оплот истины. Он дважды назвал доминиканцев «воинами Христовыми». Эти слова произвели сильное впечатление на Лоренсо, который перед лицом первого из христиан, наместника Бога на земле, вспомнил о своем босоногом детстве.
Когда Касамаресу исполнилось двадцать четыре года, один из наставников молодого монаха предложил принять его в Конгрегацию в защиту вероучения. Иначе говоря, в инквизицию.
Лоренсо тотчас же туда приняли.
Инквизиция была учреждена в 1231 году папой Григорием IX. Вверенная доминиканцам, она, согласно секретному предписанию, была призвана следить за строгим соблюдением римско-католической догмы.
Первым папой, использовавшим в начале XIII века инквизиторские методы в борьбе с альбигойцами, был Иннокентий III.
К концу XVIII века инквизиция, в рядах которой оказался Лоренсо, уже стала пережитком. Суровый, мрачный и даже грозный образ, который она являла собой двумя столетиями раньше, потускнел и утратил свою силу. В этот период Испания по-прежнему остается традиционной католической монархией, которой не коснулась протестантская Реформация. Регулярные исповеди и пасхальные причастия обязательны по меньшей мере раз в год, и каждый житель страны должен получить свидетельство о причастии, что нередко способствует процветанию в городах черного рынка индульгенций.
Как и прежде, члены инквизиции могут без предупреждения входить в любой дом, даже в жилища иностранцев. Они ищут брошюры, иконы и запрещенные книги, изданные за границей. Лоренсо быстро обучили этому искусству, и он умеет находить наиболее распространенные тайники.
