Анатол Адольфович Имерманис
Призраки отеля "Голливуд"
Роман
(Серия "Мун и Дейли")
Имерманис Анатол Адольфович - поэт, прозаик, кинодраматург, художник. Родился в 1914 году в Москве в семье курляндских беженцев. Окончил частную русскую гимназию в Лиепае. Работал рассыльным, развозчиком мебели, рабочим типографии. Выпускник Английского института (коммерческого факультета) г.Риги. Учебу в институте совмещал с занятиями в семинаре литературы и журналистики Рижского народного университета. Фашистский переворот в Латвии в 1934 году оборачивается для Имерманиса пятилетним заключением за революционную деятельность. После восстановления советской власти в 1940 году - один из лидеров крупнейшего профсоюза, редактор журнала, корреспондент нескольких газет. В Великую Отечественную войну - доброволец Рабочего истребительного батальона, затем боец Латышской дивизии. Раны заставляют стать сотрудником дивизионной и фронтовой газет. Сразу после войны работает на радио и в газете. В 1948 году писатель решает целиком посвятить себя творчеству. Живет в Риге.
В настоящее время издано около 100 книг на 13 языках мира. Среди них детективы (переведены на русский язык): "Спутник бросает тень" (1962), "Самолеты падают в океан" (1967), "Призраки отеля "Голливуд"" (1971), "Гамбургский оракул" (1975), "Пирамида Мортона" (1976), "Смерть на стадионе" (1986), "Смерть под зонтом" (1987).
Романы видного латышского писателя Анатола Имерманиса входят в серию политических детективов "Мун и Дейли". В основу романа "Призраки отеля "Голливуд"" положен реальный факт крушения в Испании в 1969 году американского стратегического бомбардировщика с ядерными установками на борту. Поиски ядерных бомб, ведущиеся в рамках исключительной секретности, сопровождаются цепью трагических событий. "Гамбургский оракул" - роман о нравах западных политических кругов и прессы. Частные детективы Мун и Дейли расследуют невероятно запутанную гибель главного редактора прогрессивной газеты.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ПОСЛЕ КАТАСТРОФЫ
ПРИВИДЕНИЕ МИНЕРВЫ ЗИНГЕР
Двадцатого марта к дому номер сорок два по улице Независимости подъехал потрепанный черный "форд". Водитель поставил машину на место только что отъехавшего "мустанга" цвета слоновой кости, но не торопился выходить. Это был старый человек в поношенном черном пальто. Из-под надвинутой на лоб черной фетровой шляпы выглядывали морщинистое лицо и темные очки. Руки были в черных перчатках. "Мустанг", оглашая улицу звуками электронной музыки, исчез в снежной пелене, а человек все еще сидел и настороженно всматривался во вспышки автомобильных фар. Прошло минут пять. Ни одна машина не остановилась. Кажется, все в порядке.
Человек заставил себя выйти. Весь черный, слившийся с черной машиной, он стоял неподвижно. На сгорбленных плечах оседали мокрые хлопья, а он все стоял и пытался увидеть небо. Неба не было - был свет уличных фонарей, и освещенные фасады небоскребов, и где-то над невидимыми крышами кроваво-красные и ядовито-зеленые зарницы, а еще выше - запорошенная снегом темнота, сквозь которую пробивалось тусклое сияние - отблеск залитого электричеством большого города.
Идиотская привычка глядеть в небо. Но с тех пор, как его старший сын стал летчиком, он неоднократно ловил себя на том, что постоянно глядит в небо, такое далекое и неприступное, несмотря на сверхзвуковые самолеты и космические ракеты.
Человек в пальто усталым шагом направился к автомату стоянки и бросил сразу полдюжины монет. Еще неизвестно, как долго придется дожидаться. Потом, стараясь остаться незамеченным, проскользнул в дом.
Пройдя мимо скоростного лифта, специально останавливающегося на восьмом этаже для удобства клиентов мисс Минервы Зингер, он выбрал обычный. Ради предосторожности поднялся до самого верха и только после этого спустился на восьмой этаж.
Дверь открыл представительный мужчина в строгом темно-сером костюме.
- Ваше имя? - спросил он, сопровождая вопрос корректным поклоном, каким уважающий себя дипломат обменивается с министром дружественной державы.
- Панотарос! - пробормотал человек в черном пальто и нервно передернул плечами. У него было намерение назвать первую попавшуюся фамилию, например Смит или Джонс. И вот тебе на! Произнес именно то, что могло его выдать.
- Мистер Панотарос. Прекрасно! - Представительный мужчина занес фамилию в книгу с кожаным переплетом. - Прошу пройти в зал. Секретарь мисс Минервы Зингер сообщит, сумеет ли она вас принять.
