– Сомневаюсь. Просто этой стерве нравится меня доставать. – рявкнула я, не отводя взгляд от окна.
– Плохие воспоминания об экс-бойфренде?
– А ты со всеми своими бывшими в хороших отношениях? – строго посмотрела на него я и продолжила. – С Ролланом невозможно остаться друзьями, ибо он кусок дерьма. И Дора ему как раз подстать.
– Ты, случайно, говоришь не о телеведущем, Роллане Тресте?
– О нём самом. Но, как ты догадался, что это именно он? – удивилась я. – Снова следил за мной?
– Извини. Просто хотел быть уверенным в том, что ты в порядке.
– Я тебя совершенно не понимаю. – тяжело вздохнула я и откинулась на сиденье. – Ты же велел держаться от тебя подальше, а сам преследуешь меня. Что тебе нужно?
– Ничего. – коротко ответил тот. – Ты его любила?
– Что это за допрос?
– Просто, хочу понять, насколько сильно ты его ненавидишь.
– Я должна была выйти за него, вот насколько велика моя ненависть. – выплюнула я, скрестив руки на груди. – Зачем я вообще тебе об этом говорю?
– Обычно, это помогает людям избавиться от грустных мыслей. – снова раздался голос ассистента.
– О, поверь мне, это не помогает. – горько усмехнулась я. – Но, спасибо, что увёл из торгового центра, раньше чем я сломала ей челюсть, иначе, у меня были бы огромные проблемы.
– Ты бешеная белка, знаешь об этом? – посмеялся надо мной тот.
– Да, порой бываю. – в голос рассмеялась я.
За полный оборот колеса, я успела немного остыть и прийти в себя, поэтому, когда наша кабинка оказалась внизу, мы ступили на ровную землю и направились в сторону парковки. Нави отвёз меня домой и кивнув на прощание головой, отправился в неизвестном мне направлении. После разговора с ним, мне стало немного лучше, в смысле прошла злость и пропало желание убивать, в остальном, всё осталось по-прежнему. Проблем мне не избежать и нужно готовится к ним заранее, чтобы потом не тупить и не троить словно школьница в кабинете директора. Но они начнутся только с понедельника, а пока, я могу насладиться выходными.
Этот уикенд, я решила провести с друзьями, потому как уже в эту среду, состоится благотворительный вечер, на котором мне придётся изрядно попотеть, чтобы сделать лучшие снимки. В общем, субботним днём, я направлялась в сторону музея искусств, в котором выставляли работы моего любимого фотографа, а затем, по плану у нас кафе или один из ресторанов.
Девчонки уже поджидали меня у дверей музея, нервно переступая с ноги на ногу. Я знала, что эта идея им ее по душе, но это впервые, когда я чего-то у них прошу. Искусство и фотография – это не их профиль, от того и такие кислые выражения на их лицах. Вот только я хотела совместить приятное с полезным и они пошли мне навстречу.
– Клэр, может сразу пойдём есть? – разнылась Анастейша. – Мне не нравится эта нудятина.
– Идём, я покажу. – усмехнулась я, открывая дверь. – Нужно только найти правильный угол.
Мы прошлись по всем залам, прежде чем войти в нужный мне. Ну как прошлись, мне приходилось тянуть их за собой, потому как они страдали фигнёй, разыгрывали дурацкие сцены или делали вид что засыпают. В общем, на фоне нашей компашки, выставочные работы выглядели не в лучшем свете, потому как все взгляды были прикованы к нам. Стиль фотографий был многообразен, от пейзажа до гранжа, но меня интересовала определённая фотография и именно к ней я и подвела подруг, чтобы показать на примере, каким глубоким может быть заложенные в них смысл.
– Что вы видите на этом фото? – на нём была девушка, сидевшая на ступенях у моста, прижавшая к губам сцепленные ладони и смотрела вверх. Фото было выполнено в ретро стиле, но в более тёмных тонах. – Какие чувства испытывает эта девушка?
– Ну, мне кажется она мечтает. – покачав головой, проронила Энджи.
– Какие ещё варианты? – улыбнувшись спросила я.
– Она влюблена? – выдвинула своё предположение Кейт.
– А мне кажется, она ничего не чувствует. – пробубнила Ана.
– Вы правы лишь отчасти. – тяжело вздохнула я, снова посмотрев на фото. – На самом деле, эта девушка страдает. Обратите внимание на её руки. На внутренней стороне безымянного пальцы, тату с инициалами, вот только они перечёркнуты. Её бросили, но она не свела её, а оставила как напоминание о той боли, что ей причинили. Её глаза блестят вовсе не из-за мечтаний, а из-за непролитых слёз, которые она сдерживает, чтобы казаться сильной. Тень на её скуле и плече – это вовсе не тень, а последствия унижения и боли. Это синяки. Но самое важное, эта девушка не готова сдаваться, в данный момент, она примет самое важное решение в своей жизни. Она выбирает себя и свою жизнь.
– И ты поняла это только по одному снимку? – удивилась Ана.
– Нет. – повернувшись к ним, ответила я. – Для тех кто не видит, под фото есть описание.
– Ах ты коза! – воскликнула Энджи. – Ты нас разыграла.
– Но здесь нет ничего такого. – удивлённо произнесла Кейт. – Здесь написано лишь: Феникс – возродившийся из пепла. Здесь ни слова о том, что ты говорила.
– Это почти одно и то же. – пожала плечами я. – Теперь можем идти.
