Переключив передачу, он замедлил ход у рытвины рядом с дорожкой, ведущей к дому Гарфилд-Хэмпсенов, остановился в конце улочки и вырулил на шоссе. Вел он автомобиль мягко, спокойно, словно бы с должным почтением относясь к его возрасту. Один раз Хью, склонив голову, настороженно прислушался к тону двигателя, словно врач, осматривающий пациента. Чарли это казалось непривычным по сравнению с манерой Тома, который вечно лихачил.
— И куда же ваш муженек укатил?
Слово-то какое выбрал: «муженек».
— Он… в Штаты.
— Много путешествует?
— Да. Довольно много.
— Специалист по международному праву?
— Ну, не совсем. — Чарли было очень неприятно лгать. — В основном Том занимается бракоразводными процессами.
— И вы ничего не имеете против того, чтобы оставаться одной?
— Нет, отдохнуть друг от друга даже полезно, — сказала она слишком поспешно. — Другое дело, что я пока еще не очень привыкла к сельской местности. Здесь, знаете ли, есть своя специфика.
— Полагаю, вас напугало происшествие с Виолой Леттерс?
— Да, — кивнула она, — это точно.
В трактире было тихо. Чарли была рада, что не встретилась с Зои и Джулианом и что ей не придется выслушивать болтовню соседки и рассказывать самой, как продвигается ремонт в Элмвуд-Милле, который они с Джулианом ну
Двое морщинистых стариков, один из которых курил трубку, а другой теребил кепку, лежавшую перед ним возле пепельницы, сидели в баре и пили пиво из своих персональных кружек. Хью кивнул им, и тот, который теребил кепку, безучастно кивнул в ответ. Какой-то юноша развлекался с игровым автоматом, а пухленькая девушка лет двадцати сидела позади него и с хрустом жевала картофель фри из пакетика. Автомат прогудел, и из него посыпались медные деньги.
Хью заказал выпивку и перекинулся несколькими словами с Виком, хозяином заведения. Местные обсуждали гибель Виолы Леттерс.
— Тропинка оползала долгие годы. Это даже ежу ясно, — сказал Вику мужчина с трубкой.
Трактирщик кивнул. Выражение его лица вполне соответствовало мрачной атмосфере.
Чарли сидела на высоком стуле у бара. Том снова позвонил днем, оставил еще одно сообщение, когда она вышла прогуляться с Беном и долго таскалась с ним по полям. Чарли гордилась тем, что не перезвонила изменщику, она даже получила некоторое удовольствие, снова прослушав его голос. Она знала, что такое состояние продлится недолго: вот сейчас она на вершине волны и все прекрасно, но, когда опустится вниз, ей захочется поднять телефонную трубку, позвонить и услышать голос мужа, узнать, что все замечательно и что он возвращается обратно.
Чарли вновь подумала о страшной смерти Виолы Леттерс. Действительно ли она взбиралась в темноте по этой тропке в поисках кота? Или, может, это ее муж во всем виноват? Вдруг она тоже его увидела?
— Миссис Леттерс перед смертью заходила к Чарли, — сказал Хью.
— Эта тропка оползала долгие годы, — повторил мужчина с трубкой. — Долгие годы.
Хью передал Чарли коктейль и слегка чокнулся с ней высоким стаканом с пивом.
— Ваше здоровье, — сказал он.
— Ваше. Спасибо.
Она отхлебнула напиток: он был холодный и довольно крепкий. Вик прошелся вдоль стойки бара и принялся убирать пустые рюмки.
— Как вы себя чувствуете? — спросил Хью.
— Откровенно говоря, дерьмово.
— Вините себя?
— Я же предлагала отвести ее домой. А она не позволила. Если бы я настояла… — Чарли помолчала. — У нее ведь не было детей?
— Нет.
Хью был облачен в потрепанную куртку, помятую рубашку и ярко-красный галстук с вертикальными полосками, напоминавший ей тюбик зубной пасты. Хью внимательно смотрел на Чарли.
Надо же, а сейчас она совершенно не скучает по Тому. Наоборот, рада, что сидит тут с Хью, что у нее есть возможность поговорить о реинкарнации.
— Хью, а если… если бы я сказала вам, что у меня имеется доказательство того, что я жила раньше, как бы вы к этому отнеслись?
Серьезное выражение его лица не изменилось.
— Какого рода доказательство?
— Помните, вы говорили про свидетельство? Ну, дескать, необходимо знать нечто такое, что произошло в предыдущей жизни и чего никто другой из ваших современников не знает? Что-то, чего вы ни под каким видом не могли разузнать иным способом, если только и впрямь уже не побывали прежде в этом мире? Да?
— Именно так, — кивнул он, доставая трубку из кармана куртки.
— Вы говорили, что это может быть самый заурядный предмет.
Он порылся в другом кармане и вытащил кожаный кисет с табаком.
— Хотите сказать, что у вас есть такой предмет?
— Целых два, — уточнила Чарли.
Он набил трубку табаком и попросил:
— Расскажите.
И она рассказала ему все, что смогла припомнить о сеансах ретрогипноза, о сгоревших конюшнях, о покойном муже Виолы Леттерс, о «триумфе» и жевательной резинке, о медальоне и записке, лежавшей внутри его, о надписи на камне и о ноже, которым была убита собака.
Однако умолчала о том, что ночью снова выкопала медальон, не поведала собеседнику о сгоревших фотографиях, равно как и о том, что Том ушел от нее. Чарли не хотелось, чтобы Хью подумал, будто она рехнулась. А вот про приемных родителей она ему рассказала.
