Испытываемые мной угрызения совести, из-за того, что у меня были от него секреты, когда-нибудь сведут меня с ума.
Придя в комнату, я достала из сумки сотовый и увидела, что Ашер написал мне несколько смс. Вообще-то мы собирались встретиться сегодня вечером, но я написала в ответ, что слишком устала и хочу пораньше лечь спать. Сняв одежду, я закуталась в одеяло.
Я солгала Ашеру. Правда состояла в том, что я не хотела появиться перед ним с врезавшейся в мою память картинкой изувеченного тела Иветт.
Тогда бы он прочитал мои мысли и узнал, что я была в ужасе от того, что он был защитником.
На следующее утро я сказала моему деду, что не хочу ехать в Пацифику. Впечатления прошлого вечера слишком сильно меня отягощали, и я не знала, как мне обращаться с взглядами и намёками других. Между тем уже, наверное, все знали, каким образом я от них отличалась. Уродец, среди себе подобных.
Мой дед предложил остаться дома и составить мне компанию, но телефон звонил непрерывно всё утро. Люди хотели убедиться в том, что они в безопасности, что Иветт единственная, кого выследили. Они хотели услышать, что было предпринято, чтобы найти её убийцу.
Я предложила ему поехать туда, и отчётливо заметила его облегчение, так что знала, что сказала правильные слова. Я провела утро с тем, что позвонила моей семье. Люси при первом же гудке сняла трубку. Как только я услышала её голос, то чуть не расплакалась.
- Привет Люси, это я!
- Реми! Ну, как там твои дела с дедушкой? - Совсем плохо. Ужасно. Тут кое-кого убили.
Я заставила себя говорить беззаботно.
- Мне приходится штопать его носки, но а так всё хорошо.
- Хм, там что-то не так. Давай выкладывай!
Я должна была знать, что не смогу обмануть её. Каким-то образом моя сестра всегда узнавала, когда я врала. Я услышала, как у неё захлопнулась дверь, и закрыла глаза, представив её себе в розово-фиолетовой комнате.
Мой отец и мачеха должно быть были внизу. Лаура любила кухню, место, куда моя мать сбегала только тогда, когда Дин был где-то поблизости. Может быть, Лаура что-то готовила и прекрасный запах еды распространился по всему дому. Возможно, папа работал за обеденным столом - он делал это, чтобы находиться рядом с нами, вместо того, чтобы запирать себя в своём кабинете. Мой желудок сжался.
Однако я отреагировала спокойно.
- Не, не считая не большой тоски по дому всё в ажуре. Я скучаю по тебе.
- Тогда возвращайся домой! - прошептала она.
- Скоро, обещаю. - Я поменяла тему разговора, прежде чем она уговорит и выведает у меня правду. - А как дела у вас? Как там Тим?
Мой вопрос о её парне был удачей. Следующие двадцать минут она пространно разглагольствовала о ссоре, которая у них была днём ранее. Я счастливо слушала, и мне хотелось видеть при этом её лицо.
Потом к аппарату подошли мои родители. Я описала все достопримечательности, которые посетила вместе с Франком, когда мы прикинулись туристами. Мне казалось, что это было давным-давно. В конце концов, мы попрощались, и я нажала на красную кнопку.
После нашего разговора по телефону я почувствовала себя ещё более опустошённой, чем до него. Я переходила из одной комнаты в другую. Дом состоял из трёх маленьких спален, двух ванных комнат, гостиной, маленькой столовой, кухни и прилегающего гаража с прачечной.
Я разглядывала фотографии в каждой комнате первого этажа и заметила, что ни на одной из них не было моей мамы. Даже, когда та была ребёнком. Они были уничтожены в огне, который поглотил мою бабушку? Но возможно дед хранил их в одном из выдвигающихся ящиков в своей комнате.
Я поднялась по лестнице вверх. Потом заколебалась. В конце концов, я осмелилась открыть его комнату, но казалась себе при этом предательницей, которая незаконно проникла в его палаты.
Я не была уверенна в том, что представляла себе найти там. Мой дед был аккуратным человеком, и его комната отражала это. Кровать была заправлена, а одежда убрана. И пропылесосил он тоже недавно, как можно было заметить по аккуратным, проходящим рядом друг с другом следам от пылесоса на ковре.
Его шкаф и комод были закрыты, и я не могла заставить себя рыться в его вещах. Я остановилась посреди комнаты и не знала, что делать.
Телефон на прикроватной тумбочке зазвонил, и я сильно испугалась. Как будто меня застукали за тем, как я тут вынюхиваю, я вышла задом из комнаты и прямо-таки помчалась вниз на кухню. В гостиной включился, щёлкая автоответчик. Но звонящий решил не оставлять сообщений.
Тишина угрожала захлестнуть меня, и я не выдержала. Мой дед попросил не уходить слишком далеко от дома. Я посчитала, что лес можно назвать всё ещё близко, надела куртку, закрыла дверь и направилась туда.
Солнце просвечивало сквозь деревья, в виде исключение туман не покрывал их макушки и лишь парочка перистых облаков плыла по голубому небу. Вдалеке были видны путники, вышедшие в поход. Их крики отдавались от холмов. Мой дед упоминал, насколько популярны были тропы в этой местности, и теперь я поняла почему. Даже если я не могла дать себе волю и бежать со скоростью, с которой хотела, я почувствовала себя лучше.
