Фигура в плаще подошла обратно к терминалу. Все еще была открыта директория с файлами. Граф выделил, и удалил второй, третий и четвертый файлы. Что ж, надо сказать, события действительно развиваются по плану, без изъянов и неожиданностей. Призраки прошлого уже начали тревожить настоящее.
========== Глава 5 ==========
Первый раз о том, кем он хочет стать в будущем, Томас рассказал мне, когда ему было всего девять лет. Уже тогда он знал, насколько важно контролировать порядок – как дома, так и в семье. Желание все делать правильно, с почти холодной рассудительностью, и требовать выполнения одинаковых правил от всех членов семьи проявлялось в нем все сильнее и сильнее, и в этом наш с Вивьен младший сын во многом отличался от более эмоционального, Маркуса, решающего проблемы исключительно по мере их поступления.
Пару раз сыновья даже пытались подраться друг с другом – мне пришлось вмешаться, дабы охладить пыл Томаса, направленный на установление и контроль за порядком в комнате мальчишек.
Поэтому неудивительно, что Томас еще в столь раннем возрасте заявил, что хочет стать стражем правопорядка, а сейчас желает поступить в кадетскую школу, чтобы научиться соблюдать правила с самого детства.
Возможно, что одно из впечатлений, подтолкнувших сделать Томаса такой выбор, он получил во время ежегодного военного парада – традиции, которую многие страны продолжали соблюдать, несмотря на мирное положение вот уже десятки лет.
- Папа, а ты никогда не мечтал стать военным? – спросил у меня Томас в тот вечер.
Мы с Вивьен сидели на кухне, и обсуждали предстоящий завтра званый ужин для друзей семьи и наших соседей. Сколько лет прошло, а наши ужины так и оставались доброй традицией нашего квартала. Был составлен список блюд, часом ранее мы вернулись из супермаркета, загрузив багажник машины продуктами.
- Нет, сынок, твой отец, сколько я себя помню, всю жизнь мечтал исследовать космос, - ответила Вивьен.
После успешного окончания Гагарин Стэйт Юниверсити, я практически сразу устроился работать в северо-западное подразделение центра управления полетами – каждому, кто мечтал быть инженером и участвовать в разработке новых космических миссий, необходимо было начинать карьеру с более мелких должностей.
Надо сказать, что, несмотря на трагическое происшествие, которое произошло в нашем общежитии на первом курсе, мы все вчетвером продолжили учебу. Конечно, не обошлось без дисциплинарного выговора и двух сотен обязательных общественных работ, но студентов, получивших наивысшие баллы за математику, все же не исключают.
Конечно, безответственность, по вине которой все произошло, поставило на быстрой карьере крест – нам было отказало в течение десяти лет после окончания университета занимать руководящие посты, но срок прошел, и я теперь мог надеяться на то, что в будущем карьера пойдет в гору, и я смогу добиться исполнения всех моих надежд, пускай и львиная доля времени была упущена.
- А почему?
- Соблюдать правила, отдавать приказы, и лично отвечать за их исполнение можно не только на страже правопорядка, но и в исследовательских лабораториях, - ответил я. – Это тоже служба, но несколько другого плана.
Мир не знал войн уже множество лет, и такие пережитки прошлого, как обязательная служба, остались позади. В наше время военный – это почетная обязанность, которую может выбрать гражданин. Да и то, в войска берут далеко не всех желающих – необходимо иметь хотя бы начальное военное образование, которое гарантирует кадетская школа, и отличное состояние здоровья. Никто не знает, что ждет нас по ту сторону космоса, и минимально необходимый военный резерв – это то, что обеспечит нам нашу безопасность в будущих исследовательских миссиях.
- А я хочу стать военным, - заявил Томас, присаживаясь за стол, и поджимая под себя ноги. – Я хочу носить форму.
- Это замечательно, сынок. В нашей семье уже давно не было военных, и будет замечательно, если ты им станешь, - улыбнулась Вивьен.
К семьям, чьи дети получили шанс служить своей стране, в обществе относились с уважением. Когда на семейных праздниках, званых вечерах или простом барбекю на заднем дворе дома появлялся член семьи в военной форме – это всегда вызывало пиетет среди приглашенных.
- Перевестись в военную школу можно только в двенадцать лет, сначала надо учиться в обычной школе, - сказал я. – Но для того, чтобы ты поступил, мы с мамой обязательно съездим в кадетский корпус, и уже сейчас подадим твои документы.
- Ура! – просиял Томас.
В кадетские корпуса всегда была большая очередь на поступление. И особо ценились те кандидаты, чьи документы оказывались в картотеке корпуса задолго до начала учебы. Суровые инструкторы отслеживали успехи своих будущих подопечных в гражданских школах, и приветствовали неизменность выбора детей. Поступить в корпус будучи двенадцатилетним ребенком практически невозможно – списки поступающих формируются за год до даты выдачи первой военной формы.
***
