«Убийца», кстати, не самая лучшая модель, в своих дурацких (да, дурацких, черт возьми, сейчас он это хорошо осознавал) мечтах и планах он никак не предполагал, что придется управлять именно этим роботом. Но сейчас привередничать просто глупо. При падении челнока «Убийца» повредил коленный сустав и выбил себе правый манипулятор с большим лазером «Огненный перст». Лазерное оружие уцелело, нужно было только вправить заклинивший манипулятор на место. ПАРК успел все исправить, а обвалившийся ангар не добавил новых повреждений, так, лишь по мелочам, помял кое-где броню да выбил радарные антенны. «Убийца» был снят с производства примерно два десятка лет назад, Суреш сейчас не помнил точных дат, эту информацию на курсах по переквалификации он изучал вскользь, так как не видел от нее никакого проку. «Убийца» планировался для засад, поэтому был оснащен самой совершенной на то время системой маскировки – двойным контуром электронного подавления систем раннего обнаружения, а также нес довольно мощное вооружение для своего класса – носовую часть кработа, словно сверхдлинное жало, увенчивал мощный ствол большой гаусс-пушки «Вымпел», а обе руки несли по большому лазерному орудию «Огненный Перст». Теоретическая тактика взаимодействия с противником – мгновенный ошеломляющий по мощи огневой удар и немедленное отступление. Увы, узкая специализация робота и подвела. Из-за брони, сведенной к минимуму в угоду маневренности, при прямом столкновении в бою он горел как спичка. Поэтому в войсках он не прижился. Прежде чем его сняли с производства, «Убийца» стал могилой для многих пилотов, вполне оправдав свое жутковатое название…
К черту историю, от нее и в самом деле никакого проку.
Главное, добраться до долины, а там – и до Ляо, и не столкнуться с чужаками. А для пешей прогулки, в качестве лишь транспортного средства, годится любой робот, даже если у него вообще нет ни брони, ни вооружения на борту. Лишь бы ноги передвигал.
И то уже счастье, что преследования не было, хотя шуму и грохоту, пока он выдирал робота из-под бетонных обломков ангара, наделал изрядно. Но то ли та стая чужаков, которую он видел еще до того, как забрался в робота, успела значительно удалиться, и не слышала его возни, то ли у них в тот момент хватало других забот. Остается лишь молиться, чтобы они снова не появились. И Суреш молился, хотя никогда не был суеверен. Он не знал правильных слов, с которыми нужно обращаться к Всевысшему. Но его молитва о спасении была искренней и исступленной. И он надеялся, что это сработает.
Он и сам то до сих пор жив благодаря лишь системе жизнеобеспечения робота. Достаточно глянуть на биомедицинские показания, чтобы понять – жизнь едва теплится в его искалеченном теле. И все-таки он еще жив. Жив. И собирался добраться домой, чего бы ему это ни стоило. Сурешу невольно вспомнились случаи, давно ставшие достоянием учебников по боевому пилотированию. Иногда пилоты в бою получали смертельные ранения, но продолжали драться. Система жизнеобеспечения боевых роботов иной раз оказывалась слишком совершенной. И от пилота оставалось живо лишь сознание, загруженное в операционный центр управления. Такие люди навсегда становились призраками машин, неадекватными, непредсказуемыми, и память роботов в таких случаях приходилось стирать подчистую, чтобы освободить место для нового пилота – из плоти и крови.
Кстати, именно то, что робот оказался устаревшим, Суреша и спасло. К примеру, в новой элитной серии «первопроходцев» такой возможности уже не предусмотрено, техника усложнилась, и лоцман там является обязательным посредником между нейроконтуром управляющего интерфейса и мозгом пилота. В «Убийце» оказалось достаточно нейрошлема, включенного в режиме усиленного контура. Полноценной обратной связи при таком управлении, конечно, не достигается, Суреш не чувствовал себя с роботом одним целым, но именно поэтому он был абсолютно уверен в том, что еще не стал призраком сам.
Радуйся тому, что имеешь.
Он замедлил шаг, обходя здоровенный валун, вставший на пути. Иногда такие препятствия проще перепрыгнуть, но запас твердого топлива в прыжковой системе робота не бесконечен, а он понадобится, чтобы перемахнуть через Адскую пропасть. Впрочем, это ущелье должно вывести выше водопада, а там можно будет перебраться по руслу реки вброд. Течение там сильное, но тридцатипятитонный робот тоже не игрушка.
Вокруг тянулись отвесные склоны мрачных гор, которые, казалось, не кончатся никогда. Навигатор системы управления говорил иное – до Адской пропасти всего пара километров. Зато после нее еще несколько десятков километров пути до долины. Робот – выносливый механизм, он выдержит такое расстояние без проблем. Но выдержит ли такое расстояние сам Суреш – одному Всевысшему известно. И откуда эти проклятые иноры свалились им на головы…