Шайя порывисто вздохнула, покосилась на Петра. Тот двигался как робот – словно за годы службы перенял привычки своих любимых железяк. Предельно точные движения и экономные выстрелы. Помочь ему было нечем, но он и без нее прекрасно справлялся. Судя по показаниям его лоцмана, у него даже пульс участился всего на несколько ударов. Его выдержке можно было только позавидовать. Понятно, что запасного энергоэлемента у него нет, а «лакар» мог понадобиться для боя, вот Петр и старается, но… какой же он хладнокровный сукин сын. Впрочем, Шайя знала Петра достаточно долго, и понимала – все дело именно в выдержке. В сильной воле. Когда ничего не угрожало, в спокойной обстановке, Петр умел быть внимательным и чутким. Понимающим. Человечным. А сейчас ситуация заставляла его полностью собраться, не отвлекаться на пустые переживания… это только она могла себе позволить, потому что нечем было занять руки, вот и занимала голову…
Через несколько минут цепочка отметин протянулась над всем провалом, но на этом Петр не остановился, вернулся к началу и начал выжигать отверстия на уровне ног. Сперва Шайя не поняла его замысел, подумала, что он делает это для страховки, но когда Петр сместил луч еще на полметра ниже уровня пола, до нее дошло. Она даже вскочила. Вот тебе и хладнокровный сукин сын!
– Нет, Петр. Нет! Ты не станешь туда спускаться!
– Я никого не бросаю, Шайя.
И в его предельно спокойном голосе Шайя услышала знакомую упертость. Когда Петр так говорил, то сразу становилось ясно, что для себя он уже все решил, и ничто не заставит его остановиться.
– Ты готов был убить его, а теперь собираешься рискнуть головой, чтобы только убедиться в его смерти. Поведение, граничащее с безрассудством! Я не хочу тебя потерять снова!
Петр прервался, выключил свет и опустил ствол карабина, затем мягко положил ладонь на ее плечо. Он стоял так близко, что его горячее дыхание коснулось ее щеки.
– Бикаэлец мне немного… не по душе, как ты верно заметила, но он нам помогал как мог, и опасения капрала на его счет ничем не подтвердились. Я должен убедиться, что больше ничего не могу для него сделать. – Шайя попыталась снова возразить, но сонгерданец прижал палец к ее губам. – Тихо. Успокойся. Я буду острожен, обещаю тебе. И у меня большая практика по скалолазанию, так что ничего со мной не случится.
– Практика? Вот уж не знала.
– Практика по скалам входит в обучение «скорпионов». На Двойном Донце ты просто мало интересовалась моим прошлым. А я не прирожденный рассказчик. Уж извини.
Петр отстранился и снова поднял карабин, яркое пятно света вспыхнуло и побежало по стене, четко выхватывая каждую шероховатость, затем тепловой луч вонзился в каменную толщу. Едкий запах дыма, начавший рассеиваться, пока они говорили, снова вернулся.
«Лично меня его поведение совсем не удивляет».
Капрал, о котором Шайя совершенно забыла, заговорил с ней по лоцману. Шайя резко оглянулась. Он так и стоял все время за ее спиной, слушая их перепалку. Вид у него был необычно задумчивый, да и привычной ругани, которую Ронор Журка рад был раздавать по любому поводу, не прозвучало. Неужели так повлиял столбняк, который на него навел Крон? Господи, какие были уникальные способности у парня, а выжить не помогли… банальный обвал и падение… Хватит. Шайя глубоко вздохнула, пытаясь прогнать нервную дрожь. Просто еще одна боевая потеря. Ее командир старший лейтенант Гунза Кипер, командир звена гравилетчиков старший сержант Чекис со своими ребятами, капитан Хоган с техниками… Столько смертей за минувшие сутки. Теперь Крон. Не исключено, что цепь потерь на этом не прервется. Возможно, следующей будет она сама. Переживать по каждому… никаких сил человеческих не хватит. Так что нужно просто жить дальше, пока есть такая возможность.
– Капрал, не желаешь попробовать первым? – позвал Петр, не прерывая своего занятия.
– Перебраться на ту сторону? Почему бы и нет, – непривычно мирно согласился капрал, Шайя не без изумления посторонилась, пропуская его грузную фигуру к краю провала. – Запросто рискну своей жизнью вместо вас, всю жизнь об этом мечтал, все равно жизнь у меня никчемная, по вашим же словам. И цепляться за эту жизнь мне совершенно незачем…
– Тебя что, замкнуло, Ронор?
– Ну надо же, он еще и имя мое помнит…
– Я не собираюсь на тебе экспериментировать, капрал…
– Да, да, все я понял правильно, не переживай, – к капралу вернулась знакомая сварливость. – Ты собираешься спуститься вниз, а Шайя тебя не оставит. Так что схожу к Лабе сам, постараюсь привести помощь. Или хотя бы притащу тросы. Должно же быть у саламандр хоть что-нибудь полезное. Если Крон еще жив, в чем я сильно сомневаюсь – не может так повезти дважды, мы это уже проходили, да, Петр? Там, в Адском ущелье? В общем, как-то придется вытаскивать тебя обратно. Все, я пошел. Подсвети, не экономь на моей жизни. Путь и такой никчемной по вашему общему мнению.
Петр молча выполнил его пожелание, выхватив светом фонаря большую часть стены, по которой капралу предстояло перебраться на ту сторону.
– Уверен, что справишься? – неловко уточнила Шайя.