Анна Варнике – литературный псевдоним журналиста и психолога Светланы Медведевой. В своей новой книге она знакомит читателей с превратностями судьбы снайпера Ирины Мезенцевой. Точное и глубокое знание психологии помогает автору умело выстраивать характеры героев и проводить их по лабиринтам непростых взаимоотношений. В книге немало жёстких и правдивых военных сцен. Но эта книга не о войне. Она о любви и ненависти, о дружбе и вере, о поиске человеком самого себя и тех внутренних конфликтах, которые заставляют вести борьбу с собой, ставка в которой – жизнь. Жизнь своя и чужая.
Женщина медленно удалялась, и силуэт её постепенно таял в серебристых сумерках подступающей весны. Причудливые одежды развевались на ветру, как клубы тумана. Пряди густых волос незнакомки змеились по плечам, ниспадая золотистыми струями почти до колен. Но вот она остановилась, оглянулась и внимательно посмотрела на меня. Безжизненная улыбка стыла на её бескровных губах. Женщина стояла молча, слегка сгорбившись, опираясь на снайперскую винтовку, как на посох…Резкий порыв сырого ветра, налетев внезапно, изорвал в клочья её одежду и, сорвав, швырнул на колючие, растопыренные, будто мёртвые пальцы ветки кустов. Новый шквальный удар забросил туда же и змеистые пряди волос. Теперь на фоне затухающего закатного неба, подёрнутого пеленой тёмных облаков, неподвижно стоял скелет.
Я плотнее прижалась к земле, чувствуя себя почти раздавленной серой вечерней мутью и внезапно обрушившейся вязкой тишиной. И тут тишина лопнула, как слишком туго натянутая струна – это жуткий остов, продолжая улыбаться развратной ухмылкой шлюхи, произнёс низким голосом, срывающимся на хрип: «СВД – десятизарядная снайперская винтовка Драгунова. Снаряжается оптическим прицелом ПСО-1. Огонь ведётся одиночными выстрелами. Дальность эффективного прицельного огня с оптическим прицелом до 1200 метров…»
Казалось, моё сознание превратилось в покрытую воском дощечку, и слова эти вдавливались в её поверхность, причиняя тупую боль. Захотелось ногтями содрать с себя липкую грязь войны, навсегда избавившись от призраков убийства, ходивших за нами – снайперами, попятам и давно превратившимися в наше второе «я».
Отложив в сторону винтовку, я долго тёрла костяшками пальцев глаза, слезящиеся от холодного ветра, а когда вновь приникла к оптическому прицелу, жуткое видение исчезло также внезапно, как и появилось. Где-то в подкорке вяло шевельнулась мысль, что это просто смертельная усталость последних дней и бессонные ночи выделывают с моим сознанием скверные шутки.
Мы все свихнулись на этой войне. Мы ласкаем оружие, словно любовника, отдавая ему свое тепло. Нам нужна нежность лишь для того, чтобы плавно нажать на курок. Выстрел, а затем пустота и безразличие заполняют тело, ставшее вдруг невесомым, и только движения по-прежнему чёткие и уверенные, словно невидимый инструктор исподволь контролирует каждый жест. Кто мы: ангелы Смерти или моральные уроды, возомнившие себя и судьями и палачами в одном лице?
Прочь эти мысли! В любую секунду пуля может войти и в моё собственное тело. Что это будет: нестерпимая боль, удар, вспышка? Хотя к чему этот тоскливый ужас? Я знаю, что смерти как таковой нет. Пуля просто открывает ход в мир иной… Но тело всё равно боится боли и инстинктивно пытается защититься от неё. Страх подкатывает, как тошнота. Его нужно душить в зародыше, иначе он захлестнёт и убьет гораздо раньше вражеской пули…
Ну, вот я уже спокойна, только в голове после бессонной ночи звенящая пустота. В прицеле проход между домами выглядит, как рисунок, выписанный бледными акварельными красками. Даже не вижу, а чувствую, как в тени у забора осторожно шевельнулся и привстал человек. Я легко поймала его на прицел, и теперь спокойно веду, предугадывая каждое движение. Сумеречная размытость деревенской улицы исчезает, и все линии обретают графическую чёткость. Тот, кто крадётся сейчас между домами, ещё не знает, что за ним уже идёт Смерть. Сейчас я связана с мишенью прочной нитью. И эту нить может разорвать лишь выстрел. На таком расстоянии никто его не услышит, Смерть придёт бесшумно.
Я чувствую, как время, остановившись бессильно, застывает на миг у порога Небытия. Через мгновение мои пули разорвут в нём звёздные дыры, открывая путь леденящему холоду Вечности. С разбойничьим посвистом ворвётся сюда ветер безвременья, и подхваченная вселенским сквозняком, улетит безвозвратно в чёрную пустоту чья-то душа.
Нежно жму на курок верной снайперки и чувствую, как мгновенно накрывает меня пустота ледяным серебристым покрывалом. Какой пронизывающий холод! Всё моё тепло умчалось вдаль вместе с пулей. Это оно сделало её такой обжигающе горячей. Кажется, что ещё мгновение и я вся рассыплюсь на тысячи морозных осколков, но покрывало пустоты надёжно защищает меня от разрушения. Я сейчас в другом времени, в другом пространстве. Оттуда я привожу за собой Смерть. Я её бессменный проводник между двумя мирами. А в этом мире я никто. Я из другого измерения. Я Снайпер.
