"Немцы" кредитуются в Риге у "еврейского" капитала, зато — против них легко возбудить чувства славян. Отсюда — изгнание.
"Поляки" же традиционно близки русской культуре и против них сложней возбудить народную ненависть. Зато Польша всегда была — профранцузской и с Революцией в Франции сразу же разорилась. Отсюда — попытка удавить "Польшу" голодом.
Меж нами с поляками пролилось много крови. Еще больше было обид, да и — прочего… Но им нужны были средства, а нам нужно было вернуться на русский рынок.
В итоге впервые в нашей Истории возникли "смешанные" гешефты, в коих поляки играли роль исполнительную, мы же исполняли функцию "молчаливых партнеров". Так мы с "поляками" сделали первый, робкий шажок к взаимопониманию и сотрудничеству. Так зародилась основа к "Золотому Веку" России.
Но… Официально меж нашими партиями сохранялись крайне натянутые отношения. Вскоре возникло мнение, что сие — верх того, что может возникнуть меж немцами и поляками. А наша весьма неверная дружба обречена, случись с матушкой чему нехорошему.
Так что мы развлекались в Москве не просто с барышнями, но — барышнями Польской Крови. Полячками из Москвы.
Недаром мой Петер так вздрогнул, когда я просил его "станцевать с барышней"! На самом-то деле я велел ему переспать с какой-нибудь дочкой наших заклятых врагов… А кто его знает, — может такая под утро загонит тебе в ухо кол, как одна еврейка полководцу Сисаре?! А вы бы смогли пойти в дом родственников убитых вами людей, привыкших убивать ваших родственников?!
А вы бы смогли без зубовного скрежета наблюдать, как убийца, у коего руки по локоть в крови ваших родственников, увивается среди танцев за вашей дочерью, иль племянницей? При том, что у сей связи нет шансов стать браком… Пусть она глупенькая и — сто раз шлюха!
Я не могу подсчитать, кто больше уступил, иль задавил в себе на тех праздниках. Но это был второй шаг к нынешнему Золотому Веку и единенью Империи. Лучший путь через Кровь лежит по постели…
Тут праздники в Москве кончились, но мы так пришлись по душе москвичам (точнее — москвичкам), что нас не хотели никуда отпускать. Договорились, чтобы покинуть Москву в начале марта на масленицу.
Но человек предполагает… Мои успехи в Москве вызвали ревность Двора. Как гром среди ясного неба, пришло известие о том, что Государь "думает" назначить Наследника Константина — московским генерал-губернатором.
Пускать Константина — по воспитанию хохла и поляка в "ополяченную" Москву?! С точки зрения политической для "слабого" Государя это было безумием. Но…
Константин черпал силы в Киеве, на Дону и бурно растущей Одессе. С точки ж зрения экономической Москва — "антагонист" Украины. Совокупный оборот по Империи — величина постоянная, растущая лишь под влиянием технической эволюции. Империя физически не может "съесть" товаров больше положенного.
На Восток и на Юг от Империи лежат земли гораздо более выгодные в производстве продуктов, но еще сильнее отсталые — в отношении производства. Поэтому Россия и закупает в Европе товары европейского качества, продавая же в Азию продукцию русских заводов и фабрик! Как ни странно — это чудовищно выгодно. (И не выгодно заниматься собственным производством, иль улучшением качества — гигантские рынки Китая, Кавказа и Туркестана с удовольствием поглощают любое дерьмо.)
Есть два торговых пути:
"Волжский", — Рига — по Даугаве в Витебск — Смоленск — Москву и оттуда — по Волге на Каспий, а там уж — "Великий Шелковый Путь". При этом Москва, Самара, Нижний — главные потребители европейских товаров и они же производители товаров "колониальной торговли.
"Днепровский", — Прусский Мемель — по Неману в Вильну — Минск Могилев — Киев и оттуда по Днепру к морю. (Что любопытно, — в точке "Могилев-Витебск" потоки сии не пересекаются.) Главные потребители при такой схеме Киев, Минск, Вильна. Они же — производят "колониальные товары" в этом потоке.
Так уж повелось исторически, что Ливонский Орден испокон веку тяготеет к России, в то время как Литва с Польшей "держали под собой" Украину и Белоруссию. Отсюда же и традиционное желание русских "просить немцев на Царство", в то время как любые потуги поляков пресекаются на корню. Чисто инстинктивно русские чуют выгоду от "связи с Орденом" против польско-украинских козней. Как бы ни объяснялись в любви пруссаки ливонцам, — их Мемель торговый конкурент моей Риге. Со всеми из сего вытекающими…
(Так что смоленские офицеры были весьма наблюдательны, сказав, что мы — "не совсем обычные немцы". Меж Пруссией и Ливонией столько же на словах братских чувств и тайной вражды, сколь — меж славянами. А подоплека-то чисто экономическая!)
Какими бы политическими, иль "национальными" Идеями ни вдохновляться, экономика — скажет свое. Нижегородские Воронцовы в известное время не "усидели меж кресел". Их нижегородское прошлое вошло в разительное противоречие с интересами растущей Одессы и богатого Крыма и Воронцовы "выбрали Новороссию.
