— У меня твои люди и если их жизни хоть что-то значат для тебя, сдавайся добровольно мне и приклони колено перед своим королем. Капитан замер, оценивающе осмотрев выживших стражников с белоснежным цветком, вышитым на одеянии. Каждый из них выражал взглядом несогласие с Мэйтландом и был готов умереть за своего господина. Мгновение капитан колебался, и только вздувающиеся ноздри говорили о том, в каком душевном состоянии тот пребывал. Через мгновение послышался лязг меча. Клинок Оллистэйра со звонким стуком ударился о землю, оказавшись у ног Свинцового короля. Правитель Серебряного Королевства железным носком поймал его, наступив на сталь. Сжав кулак до такой силы что костяшки побледнели, капитан усилием воли заставил себя повиноваться и его колени встретились с холодной сырой землёй, а пристальный и полный ненависти взгляд с ликующим взором родного брата. Эта немая сцена длилась несколько мгновений. А после король, выдержав паузу, махнул своим солдатам и те в считанные минуты полоснули острием меча по шеям заложников, безропотно лишив их жизней прежде чем Оллистэйр успел бы вымолвить хоть слово. Мужчина дернулся в попытке приподняться, но тяжелый меч Мэйтланда коснулся его плеча, заставляя осесть обратно.
— Тише, нюнчик, не начинай канючить, а то ведь братик может и разозлиться. — иронично покосившись на капитана сверху вниз, проговорил король и бросил на него полный презрения взгляд. — Кто ты теперь, Оллистэйр? Все твои укрытия мне известны, твоя несчастная крепость захвачена моими людьми. Право, из песка замки которые ты строил в детстве были куда более надежнее. — присвистнув, почти пропел мужчина под смешки алых воинов.
— Ты за это заплатишь. — сквозь зубы процедил капитан, чувствуя как внутри него крепнет и сжигает все дотла неистовая ярость.
— Да ну? Что правда? И как ты мне отомстишь? Может направишь на меня своё войско? Ах да, у тебя ведь его больше нет… Тогда может попробуешь нашептать что-то деревянным солдатикам что лежали в твоем детском сундучке когда ты еще в замке жил? Ой, я ведь и забыл что сжег их всех до единого. Как отрадно снова лишить тебя твоих игрушек. Совсем запамятовал. Дома-то ведь у тебя тоже нет. Ты никто, из ниоткуда, человек без имени и судьбы. — упиваясь каждым сказанным словом смаковал король, нависая над братом.
— Во мне течет та же кровь, что и в тебе. Я имею право претендовать на трон не меньше твоего. — собирая мужество в кулак, громко проговорил Оллистэйр.
— Ошибаешься. Трон по праву старшинства мой и только мой. Ты прекрасно знаешь как распорядился короной мой отец.
— Наш отец. — поправил капитан.
— Не важно. Не существует тех законов, что приписали бы право владения Серебряным Королевством тебе. Увы и ах. — подчеркнуто драматизируя, закончил Мэйтланд.
— Ну, в случае смерти старшего брата, насколько мне известно, королем становиться младший. — как бы невзначай напомнил капитан, расплывшись в ядовитой улыбке.
— Интересно, как ты приведешь подобный закон в исполнение? — подняв с пола меч капитана, насмешливо проговорил повелитель алых людей, перебрасывая клинок из одной руки в другую.
— Не переживай, я найду способ.
— Забавно будет посмотреть на это, правда. Мой нежный братишка, ты всегда был упрям и настойчив и всегда оставался в тени моего величия… Какая печальная история. Жаль, что ей суждено закончиться.
— Ты не убьешь меня, родителям не понравится подобное.
— Верно, но они не будут против если я приму воспитательные меры. — цокнув языком окончил король и велел одному из стражников надеть тяжелые кандалы на руки брата.
— Мой лорд, я выполнил все Ваши требования, я помог при штурме замка, я выдал вам вашего брата. Вы обещали что не причините вреда моей семьи. — прося о снисхождении говорил Ральф, шествуя рядом с королем который восседал на гнедом скакуне с гладко расчесанной гривой. За ним неспешно тянулась колоннада всадников, а в самом хвосте плелся капитан. Огромный немой рыцарь, на три головы выше самого Оллистэйра, в полном вооружении и с тяжелой походкой сопровождал его, держа мертвой хваткой и периодически побивая. Рана мужчины ныла, а от ударов на губах запеклась кровь.
— Я обещал, что не причиню им боли. Верно, мой друг. Ты можешь быть спокоен, их смерть была быстрой и безболезненной. — жутко усмехнувшись, бросил король так словно бы говорил о каком-то совершенном пустяке, не требующем ни малейшего внимания. Советник опешил, ни слова больше не сорвалось с его уст.
