— Искал, чего бы стянуть.
Глаза Женевьевы сузились.
— У магов? Ты что, спятил?
— Кто не рискует, тот не побеждает. Я это себе всегда говорю.
Лицо Женевьевы окаменело, и Дункану показалось, что она сейчас тоже ему что-нибудь скажет, но тут же она досадливо махнула рукой. Молодой Страж подозревал, что и том месте, где они находились сейчас, провинности такого рода выглядели сущим пустяком, тем более что все это уже было и давно прошло.
— По крайней мере, тебя не поймали, — пробормотала Женевьева. — Тем не менее твои опасные выходки становятся совершенно неприемлемы.
— Мы же все равно все умрем, верно? — Дункан хохотнул, хотя на самом деле вовсе не шутил. — Сейчас я умру или попозже — меня не особо волнует.
Женевьева мгновенно уловила подлинный смысл его слов, и яйцо ее потемнело. Ничего не сказав, она угрюмо кивнула и снова занялась мечом.
Дункану подумалось, что бросать ей в лицо такие слова было не слишком честно. Командору до принятия Призыва осталось куда меньше времени, чем ему самому, и можно не сомневаться, что очень скоро она, уже зная до тонкостей, что ждет ее впереди, отправится на Глубинные тропы. Дункан повернулся, чтобы уйти.
— Погоди! — окликнула его Женевьева. — Думаю, настало время разъяснить тебе твои обязанности.
Дункан остановился:
— Мои обязанности? Присматривать за королем? А что, я еще что-то должен делать?
Рот Женевьевы угрюмо сжался, и легкомысленное настроение Дункана как ветром сдуло. Теперь она была настроена совершенно серьезно. Он подошел ближе и присел на корточки. Женщина едва заметила это — она сосредоточенно молчала, обдумывая следующую фразу.
— Вполне вероятно, — медленно проговорила она, — что наша экспедиция закончится полным провалом. Тебе известно, какого мнения были обо всем этом Серые Стражи. Они на йоту не верят, что Бреган попал в плен.
— Я верю, — твердо сказан Дункан.
Он был совершенно искренен. У Женевьевы было немало недостатков, но за то короткое время, что юноша ее знал, он не обнаружил среди них ни глупости, ни легковерности. Если те, кто знает ее дольше, по каким-то своим причинам сомневаются в ее видениях, значит, они просто глупцы.
Женевьева кивнула, глядя на него, и в глазах ее мелькнуло благодарное выражение.
— Проблема в том, что мы можем погибнуть. Нас слишком мало, и, что бы мы там ни считали, вероятность, что мы найдем Брегана, ничтожно мала.
— Что я должен сделать?
— Если с порождениями тьмы и впрямь произошла какая-то перемена, значит, угроза Мора воистину велика. Если мы не сумеем помешать им добыть у Брегана нужные сведения, наша задача будет оценить надвигающуюся угрозу. А твоя задача будет состоять в том, чтобы вывести на поверхность короля Мэрика.
— В одиночку?
Женевьева кивнула:
— Ты ловок и умеешь таиться. Король этими способностями не обладает, но ты лучше всех нас знаешь, как пробраться мимо врагов, оставаясь незамеченным. Я полагаюсь на тебя, на то, что ты сумеешь вывести короля.
— Почему я, а не Келль? Он охотник, он мог бы…
— Я полагаюсь на тебя, — с нажимом проговорила она.
Дункан судорожно сглотнул. Женевьева его явно переоценивает.
— Он понадобится Ферелдену, — продолжала она. Взяв меч, она положила его на колени, легонько покачнула, любовно провела пальцем вдоль клинка, словно зачарованная узорами, которые покрывали сталь. — Стране понадобится вождь, который одним из первых разглядел угрозу Мора, который верит в нее. Король Мэрик помог бы нам поднять по тревоге весь Тедас и способствовал бы тому, что во всех последующих событиях Серые Стражи пользовались бы непоколебимым доверием.
— Но что, если… — Дункан оборвал свой вопрос, стыдясь уже и того, что подобное пришло ему в голову.
— Вполне возможно, что я не права, — ровным голосом проговорила Женевьева, завершив его мысль без малейшей тени упрека. Она подняла взгляд на Дункана, и он увидел в ее глазах смерть. — Возможно, Бреган мертв, а я, приведя нас сюда, совершила чудовищную ошибку. Если не хуже.
— Хуже?
— Если то, что узнает король Мэрик, может навредить Серым Стражам, может выставить нас на посмешище и помешать нам исполнять свой долг… в таком случае ты должен позаботиться о том, чтобы он никогда не вышел на поверхность.
Дункан остолбенел, не веря собственным ушам:
— То есть… ты хочешь сказать…
Женевьева в задумчивости обхватила пальцами подбородок:
— Возможно, он попытается сбежать. Однако, по каким бы причинам он ни решил к нам присоединиться, обратного пути нет. Если он должен будет исчезнуть бесследно здесь, чтобы мы на поверхности смогли рассказать ту историю, какую сочтем нужной, — значит, именно так нам и надлежит сделать. — Заметив потрясение, написанное на лице Дункана, Женевьева подкрепила свои слова жестким прямым взглядом.
— Подумай вот о чем: здесь опасно, но я не знаю, что именно заключает в себе эта опасность, не знаю и того, что может узнать о ней сторонний человек, такой как Мэрик. У нас, Дункан, есть высший долг. Серые Стражи защищают весь мир, а не одно мелкое королевство.
Дункан медленно кивнул, чувствуя, как неистово колотится в груди сердце.
— Я… я понимаю.
