— Вооруженная борьба преображает этих земных существ до такой степени, что перестаешь их узнавать. Они рвутся на поле боя, как к наркотику. Их эндокринная и нервная системы работают совершенно по-другому. А то обстоятельство, что впервые за всю их историю они имеют возможность воевать с представителями иных цивилизаций, похоже, только еще больше разжигало их.
Васарих — довольно небольшой театр военных действий, но в том секторе, который достался землянам, их удар принес войскам амплитуров немедленное и полное уничтожение. Этот успех вскружил головы им, но — главное! — вдохновил тех массудов, которые были приставлены к землянам для опеки, на случай возникновения непредвиденных осложнений.
— Они бились плечом к плечу с массудами? — спросил Кальдак.
— Да, — ответила за гивистама Яруселка, кладя руку своему другу на плечо. — Я сама была тому свидетельницей.
Он остро взглянул на нее.
— Ты участвовала?! Но до сих пор ты молчала об э…
— Не хотела тебя беспокоить. А почему бы мне было и не поучаствовать? Я подготовлена не хуже любого другого массуда и к тому же была участницей первого контакта с землянами в лице Уилла Дьюлака. У меня был больший опыт общения с этой расой, чем у любого другого массуда. Руководитель проекта говорит правду. Эта правда неудобна для слуха, может, даже невероятна, но это правда. — Гивистам была рада, что за нее наконец вступились и она обратила на Яруселку поощрительный взгляд, а та продолжала:
— Когда эти существа вступают в бой, создается такое впечатление, что они переключаются на какой-то другой уровень сознания. Они полностью преображаются.
— Они дерутся, как машины, — проговорила пожилая гивистам. Она подбирала слова для того, чтобы четче передать переживаемые чувства капитану. — Нет, нельзя, пожалуй, сказать, что они бесконтрольны, но их состояние резко отличается от состояния наших воинов. Решение воевать они принимают не осознанно, а на инстинктивном уровне. Не знаю, надо обратиться к биопсихологам. Возможно, тут все дело в каком-то гене… Словом, ни одна зрелая раса не будет вести себя таким образом, окажись она на поле боя. Все заставляют себя воевать. При этом переступают через какие-то внутренние преграды. Это можно сказать даже о массудах. Этим же существам не надо заставлять себя. Они идут в бой легко и свободно. Ничто не сдерживает их. — Лицо гивистама, обычно такое неподвижное, все исказилось сильными чувствами. — Хуже того! Нам пришлось применить силу, чтобы вернуть их с поля сражения! Они хотели, чтобы мы оставили их в покое! Они хотели воевать дальше! И…
— Это абсурдно, — прервал ее Кальдак. — Никто не станет воевать, когда можно отойти в сторону без жертв.
— Сразу видно, что вы не видели землян в бою. Это зрелище еще поразительнее, чем вы можете себе представить. Самых молодых из них пришлось успокаивать медикаментами. Они рвались драться.
— И подобные наклонности Узор собирается поощрять?! — Кальдак швырнул в воду ракушку. — Ну, хорошо, а вся проведенная здесь работа ничего не стоит? Как насчет наших выводов о спокойствии и миролюбии землян? Как насчет того, что они стоят на ближайших подступах к истинной цивилизованности.
— Первая забота должна быть о сохранении и спасении нашей, уже состоявшейся цивилизации. Ведь я же говорю: никого из землян не заставляли воевать. Все пошли добровольно. С воодушевлением!
— Потому что никто не показал им альтернативы. Потому что никто не открыл им двойственности их натуры. Они сами не знают себя. Так надо же объяснять, показывать! — резко возразил Кальдак.
Руководитель проекта сменила тон. Теперь ее голос звучал прохладно, как будто она давала этим понять, что уже устала обсуждать решенный вопрос.
— Перед нами немного другая задача, капитан. Удивлена, как вы могли так поддаться влиянию этого Уилла Дьюлака.
— При чем здесь Уилл?!
Уже не в первый раз Кальдак испытал сильное желание ударить гивистама. С’ваны умели спорить легко, с юмором, они были обезоруживающе убедительны. Гивистамы же становились во время споров невыносимыми. Атмосфера вокруг них постоянно накалялась. Импульсивным, раздражительным массудам с ними было труднее всего.
Кальдак подавил в себе агрессивное желание и до боли стиснул кулачки.
— Я командир солдат-массудов, начальник экспедиции Узора. У нас есть общий враг и мы боремся против него вместе. Для землян Амплитур не является врагом. Это обстоятельство нельзя сбрасывать со счетов.
— У десятерых землян враг уже существует, — заметила руководитель проекта.
— Десять индивидуумов не представляют собой репрезентативную выборку!
Пожилая гивистам сделала согласительный жест.
— Вот поэтому мы вернулись не просто так, а с необходимым оборудованием и снаряжением. Необходимым для расширения нашей базы на поверхности планеты.
— Для расширения?!.. Но если Совет уже принял решение…
