Мимо прошла девушка из домашних, митар остановил её и попросил узнать, как там Хэла. Девушка поклонилась и ушла, а митар, повернувшись, увидел Брока, пришедшего сменить Тёрка. У мальчишки была повязка на щеке и заканчивающаяся на шее.
— Ты чего такой красивый? — нахмурился Роар.
— Так его не ведьмы с магами лечат, — хохотнул Тёрк. — Хочет на отца походить.
— Хорош, Тёрк, — взвился юноша. — Ранили на рядах меня. И в бок ещё.
— Красавец, — не унимался старший мужчина.
— Феран видел? — спросил митар.
— Нет ещё, — отозвался Брок и уставился в пол.
— Ладно, — Роар толкнул дверь в рабочую комнату ферана и вошёл внутрь.
Рэтар изучал списки раненых и погибших в отчёте из Шер-Аштар, а возле него стоял Элгор. Младший брат выглядел так, словно по нему пробежало стадо тоор, Роар едва заметно ухмыльнулся. Элгор взглянул на него и глаза его прояснились. Они кивнули друг другу и митар протянул руку к отчёту. Феран отдал ему один из листков бумаги, на которой был выведен длинный список.
— Подожди, раненые? — Роар в недоумении смотрел на имена воинов и несколько раз сверился с тем, что было написано сверху. Ошибки не было — раненые.
— Да. А это погибшие, — на втором листке было шесть или семь имён и это было настолько необычно, что озадачивало.
— Может перепутали чего? — спросил Элгор.
— Может, — согласился феран, хмурясь. — Я запросил ещё один. Посмотрим. Может те, что ранены, очень быстро станут погибшими, — заключил он. — Иди отдыхать, Роар. Справимся без тебя.
— Я хотел сказать, — начал митар, вздыхая. — Я виноват…
— Да хватит, а? — взвился Элгор, перебивая брата. — Иди уже отсюда, вечно виноватый. Вина на мне и нечего её на себя вешать. Я не ребёнок, Роар. Уж могу ответить, если виноват.
— Элгор, — повёл головой старший брат.
— Что? — возмущённо рыкнул младший. — Ты ещё скажи, что тебе надо было за мной торговцев проверить.
— Хватит. Оба, — спокойно отрезал феран. — Роар, иди.
Митар вздохнул и вышел — кажется брат всё-таки вырос. Возле двери в коридоре стоял Брок, а Тёрк наверное ушёл отдыхать. Они кивнули друг другу и Роар пошёл к себе. У двери его догнала та самая служанка, которую он попросил узнать о состоянии Хэлы.
— Достопочтенный митар, — девочка поклонилась — В комнатах серых чёрной ведьмы нет.
— В смысле? — спросил он. — Ушла куда-то?
— Нет, достопочтенный митар, они, серые, не знают, где чёрная ведьма.
— Как так?
— Серые сказали, что с момента нападения не видели её. Они думали, что она у вас, достопочтенный митар, как и белая ведьма.
Роар пытался понять, что только что услышал, а девочка ещё раз поклонилась:
— Могу я идти, достопочтенный митар, или будут ещё просьбы?
— Нет, иди, — он отпустил девушку.
Служанка ушла, а у Роара внутри начала разрастаться пустота, мерзкая, пугающая, скручивающая. Митар толкнул дверь в свои покои.
— Где Хэла? — с порога спросил он у Милены.
— Я не знаю. Я почти всё время была здесь, — ответила белая ведьма. — В спальне серых наверное.
— Её там нет, — сказал Роар и всмотрелся в девушку.
— Я не знала. Я… — она побледнела, спрятала взгляд, нелепо скрутила юбку платья, и внутри у него щёлкнуло.
— Не смей мне врать, — и одного его шага было достаточно, чтобы нависнуть над ней, отчего Милена сделалась совсем крошечной, и от того, что он сейчас так плохо с ней обходился, его почти выворачивало.
— Я… не знаю. Правда. Маг сказал, что она может захотеть уйти, в ней очень много теней, — она говорила со страхом, задыхаясь. — Может ушла?
— Что ещё? — и Роар понимал, что это только часть того, что он должен знать. Она не сказала ему, что его вылечила Хэла, не сказала, что Хэлы нет в комнатах серых. Что ещё?
— Ничего, — прошептала она, сжимаясь.
Но Роар точно знал, что есть ещё что-то.
— Милена, — он схватил её за руку.
— Да на что она тебе сдалась? Пропади она пропадом эта твоя Хэла… — голос девушки стал злым, тем самым, который он уже слышал, когда она на второй день пребывания здесь устроила истерику и пыталась наговорить невесть чего, но была остановлена чёрной ведьмой. — Что вы с ней носитесь? Всем она так нужна, прям тошнит.
Он посмотрела на него, злая, рот её скривился, из глаз потекли слёзы. Она мотнула головой.
— Или, если она с тобой переспала, чтобы вылечить, то всё? Никто больше не нужен кроме неё? — Милена взвыла, а он ошарашенно отпустил её руку. Девушка, закрывая лицо руками, осела на пол.
Внутри митара метнулось что-то незримое, колючее, в глазах потемнело, голова закружилась.
Роар выставил руку и опёрся о стену, а другой схватился за голову, и резкие образы стали заполнять его мысли, яркими невыносимо болезненными вспышками. Они словно шептали, липкими и мерзкими пальцами хватались за нутро.
Хэла сверху на нём… Хэла плачет… По его телу проходит удар молнии… Он на пределе… Хэла плачет…
“Прости меня, родной… забудь об этом, мальчик… я так виновата… надо было тебя спасти…”
Хэла целует его в лоб… Хэла горячая, словно в горячке…
Роар тряхнул головой, чтобы прийти в себя. Но его захватил испуг — куда могла деться Хэла? Уйти? Куда? Не могла далеко.
Её можно найти, её надо найти! Быстрее! Надо сказать Рэтару, чтобы вернуть её.
