Доминион человечества пережевал, переварил, и испражнился Владом. Военные заслуги аннулированы, репутация очернена, а за голову назначена безумная награда. Ситуация неприглядная, это если немого неразговорчивым называть… Но даже так Влад умудрился сохранить определенную долю оптимизма: — Не хотите принимать в армии? Не проблема, я на планете пиратов, тут таланты ценятся. Не желаете чествовать и признавать властителем? Да пожалуйста, станете кормом для призванных чудовищ, и увеличите их силу. Мне не принципиально, какими юнитами управлять при захвате галактики.
Туманная пелена, застилающая сознание, постепенно отступала. Но перед глазами все еще стоял непроглядный мрак.
Необъяснимая скованность, в которой пальцы рук едва могли сжаться на полмиллиметра, озадачила Влада. Он попытался разорвать оковы, и на удивление… удалось. Словно шелковые нити, с которых спали узелки, с тела начала срываться невидимая паутина.
Абсолютная тьма перестала быть таковой, и Влад смог видеть. Но видеть лишь три пары глубоких, синих глаз, расположенных на горшкообразной голове гигантского паука.
— Спарассида? — Узнав чудовище, Влад с недоумением огляделся, пытаясь понять, где он. И тут разум словно пронзила молния. Воспоминания вспыхивали одно за другим, преображая растерянное лицо в чрезвычайно мрачное.
Предательство, ловушка, осада, смерть Нумии, коматозное состояние, пробуждение истинной личности, саморазрушительная битва, и наконец, забытые.
Он словно просмотрел фильм от первого лица, испытывая полный спектр чувств, в основном, болезненных. Теперь же в теле остался лишь непередаваемый комфорт. Каждая кость ощущается неразрушимой, каждая мышца наполнена удивительной силой, каждый нейрон обладает идеальной пропускной способностью.
Энергия, поглощенная из тел полутора миллионов солдат, по большей части ушла в совершенный геном. Ведь столь огромное количество Влад не смог бы переварить самостоятельно. Но та, что усвоилась, позволила заменить сто процентов оригинальных клеток тела эфирными.
Он чувствовал, что мог бы разорвать себя прежнего за считанные секунды, но при этом сильно не дотягивал до состояния овердрайва. В те непродолжительные секунды Влад ощущал себя богом. Не только из-за невероятной силы, но и из-за чудовищной скорости мышления и восприятия.
Каждое действие противника казалось бесконечно долгим и настолько предсказуемым, что выглядело нелепо.
Бесчисленные вариации событий, в которые вносили свою лепту миллионы солдат, читались словно открытая книга. В то же время глаза могли видеть переплетение пространственных нитей, движение атомов в плазменных зарядах, трепет душ смертных, колебания их психической энергии, и угасание жизненных сил при тяжелых ранениях.
В таком состоянии, где все, казалось, можно контролировать, как не почувствовать себя богом?
И все же это было лишь мимолетное помешательство. Бог, или что там в верованиях альтернативно одаренных считается потолком могущества, не был бы столь ограничен. Он не бежал бы из первоначальной вселенной в параллельную от врагов, дабы набраться сил.
Иллюзия всемогущества не может застилать разум.
«Я должен стремиться к большему».
Воспоминания, пробужденные с прошлого раза, воспламенили похороненные в сердце амбиции.
Он вспомнил свою жизнь, вплоть до девятнадцати лет.
Многочисленные научные публикации и достижения, мировая слава, интервью, приглашения в передовые исследовательские центры и университеты планеты, а затем… крах.
В один прекрасный день навестив друга детства, он увидел, как того забивает клюшкой от гольфа отец. В приступе гнева Влад избил сумасшедшего родителя до полусмерти, переломав кости еще дюжине охранников семьи Немцовых.
За свой проступок он сел в колонию для несовершеннолетних, затем был переведен в тюрьму общего режима. А девятнадцать лет вышел, столкнувшись с суровой реальностью.
Отец, оказавшийся в отчаянной ситуации из-за долгов и висящей ипотеки, чтобы оставить сыну хоть что-то, был вынужден связаться с темными дельцами. Он распродал свои органы на черном рынке, обеспечив Владу финансовую подушку и квартиру, но лишив при этом последнего члена семьи.
Мировая слава быстро угасла. Никто не хотел связываться с уголовником, даже если тот — бывшее светило науки.
Со своими мозгами Влад не боялся трудностей, он мог запатентовать инсомний — лекарство для сокращения времени эффективного сна, или найти другой путь к благосостоянию, но судьба повернулась иначе. С ним связался представитель некой организации КОСИУМ, занимающейся устранением мистического и внеземного на территории всей планеты.
Тайная организация была заинтересована в мозгах юного дарования, вот только в процессе проверки души, выяснилось, что тот является наполовину злым духом.
Мать, пропавшая в три года, принадлежала роду Шиамат — змей, что питались человеческим страхом. С тех пор и до самого конца воспоминаний все что он делал — выживал вместе с двумя друзьями детства, которых невольно втянул в передрягу.
«По крайней мере теперь ясно, почему моя анима самостоятельно принимает форму змей».
Это оказалось духовное наследство биологической матери.
