Слишком уж много поводов для беспокойства скопилось за последние недели. И ведь, казалось бы, ничего особо существенного — так, досадные мелочи, ерунда, но чем больше набиралось этих «мелочей», тем сильнее они начинали давить своей общей массой.
И постепенно сформировались в три достаточно четкие темы, которые так или иначе, косвенно или прямо, касались Гарри Поттера.
К первой относились редкие и, надо заметить, малоинформативные доносы Северуса, основная суть которых сводилась к тому, что все пожирательские силы вновь брошены на поиски пропавшего ребенка.
Не то чтобы это было большой проблемой — в конце концов, печати оставались на месте, сам мальчик под присмотром, а поиски… ну так они и одиннадцать лет назад «бросали все силы», а толку-то? Едва ли только-только воскресший, еще не пришедший в себя Том сможет изобрести нечто, до чего его верные ПСы не додумались за все эти годы.
Во вторую тему постепенно сложились не слишком бурные, но зато регулярные похвалы профессоров в адрес Гарри. Оказывается, после зимних каникул они начали замечать, что он делает успехи в чарах, трансфигурации, ЗоТИ… в общем, по большей части в тех предметах, где требуется прямое использование магической силы, и в которых ранее его достижения были весьма скромны.
Вот это был уже более весомый аргумент в пользу того, чтобы насторожиться. Минерва сколько угодно могла настаивать на проснувшейся — наконец-то! — хорошей поттеровской наследственности, а Филиус отмечать упорство и труд мальчика, но Альбус-то совершенно точно знал, что ни первое, ни второе к случаю Гарри не имеют никакого отношения.
Внезапно рывком увеличившийся потенциал в данной ситуации мог означать лишь то, что какая-то часть ограничителей все же слетела в ту злополучную ночь. И хотя специалисты из Мунго заверили его, что почти всю мощь стихийного выброса, обернувшегося стеной Адского пламени, взяла на себя Анна, а брат лишь слегка «помог» ей, проверить состояние печатей становилось насущной необходимостью.
Ну, а третьей темой директора неожиданно озадачил Флитвик, не далее как вчера внезапно поднявший на педсовете вопрос о взаимоотношениях между детьми «проигравшей» и «выигравшей» сторон в недавней войне.
И ладно бы просто поднял, так он ведь выступил с конкретным предложением — провести серию лекций-бесед для всех курсов, акцентируя внимание на том, что необходимо объяснить ученикам разницу между черно-белыми сказками, на которых они воспитывались, и реальной жизнью, которая состоит из бесчисленного множества оттенков.
Альбус, разумеется, всецело одобрил и поддержал эту инициативу — а что еще он мог сделать под взглядами дружно кивающих коллег? — и тут же, не отходя от кассы, озадачил Минерву составлением расписания дополнительных лекций для учеников… с четвертого по седьмой курс.
В качестве эксперимента, так сказать. А вот если — точнее, когда! — со старшими все пройдет гладко, можно будет провести подобную акцию и на младших курсах.
Когда-нибудь потом. Возможно.
Флитвик, который, очевидно, рассчитывал на другое решение, выглядел заметно разочарованным, однако настаивать не стал.
И вот теперь Дамблдор, стоя у окна в своем кабинете со сцепленными за спиной руками и устремленным вдаль взглядом, сосредоточенно размышлял, что именно и каком порядке сейчас нужно предпринять, чтобы свести вновь возникшие потенциальные риски к минимуму.
Первое — и самое очевидное — необходимо пригласить в Хогвартс Джонатана, чтобы тот проверил состояние печатей. Нельзя сказать, что Альбуса сильно радовала эта перспектива — уж больно много лишних вопросов в последнее время стал задавать старый друг — но в этом случае у него банально не было выбора. Ритуал проводил Джон, и теперь только он может отслеживать изменения его результатов. Любой другой маг, будь он хоть лучшим ритуалистом мира, проверив Гарри Поттера, не увидит ровным счетом ничего. Одна из ценных особенностей ритуала семи печатей, делающая его почти уникальным — полное отсутствие возможности определить его наличие.
Второе — не менее важное — нужно поговорить с Сириусом и убедить его забрать к себе обоих детей хотя бы на ближайшие летние каникулы. Альбус отдавал себе отчет в том, что разговор будет не из простых, но когда, в конце концов, его останавливали трудности?
И третье — в целях профилактики — хорошо было бы провести беседу с Анной Поттер. Девочка должна понять, что ее брат не враг ей, а всего лишь немного запутался, и в ее силах вернуть его на путь истинный.
Ведь семья — превыше всего!
***
— Что ж, — Северус Снейп брезгливо поморщился, опустив черпак в котел с неаппетитной светло-серой жижей, и обвел взглядом притихших семикурсников параллели Гриффиндор-Слизерин, — Хиггс, Мальсибер, Маклейн и Дэвис — приемлемо, остальным настоятельно советую больше времени уделять подготовке к экзаменам, в противном случае мой предмет вы не сдадите. Домашнее задание на доске, занятие окончено, все свободны. Мисс Мальсибер, задержитесь.
— Да, профессор? — Алекс дождалась, пока остальные студенты покинут класс, и подошла к учительскому столу.