А почва здесь под песком такая добрая и солнце светит и греет так щедро, что, появись здесь побольше воды, была бы не пустыня, а сплошной цветущий сад. И зрели бы в нем самые вкусные дыни и самый сладкий виноград. А уж о хлопке и говорить нечего. Все текстильные фабрики завалили бы туркмены своим хлопком.
Не очень разумно оборудовал бог и северные наши края.
Пришлось мне однажды лететь на остров Диксон, что лежит в Карском море, у северного побережья Сибири.
Сначала, как вылетели из Москвы, под крыльями самолета расстилались бесконечные леса. Потом потянулась покрытая мхом тундра. Здесь уже ничего, кроме низкорослого кустарника, не растет. Но здешним мхом — ягелем хоть могут кормиться стада оленей.
А еще дальше к северу все внизу побелело. Летим час, летим два, летим три — под нами лишь снег да лед. Земля покрыта снегом, болота и реки скованы льдом. А на дворе — июнь!
И опять та же досада. Сколько земли и воды пропадает впустую! Только на два-три месяца стаивает здесь снег, да и то не всюду. Ничего толкового так и не успевает созреть.
Ну что бы подумать богу, кому будут приносить пользу те пустыни и тундры, что он наделал по всей земле!
Неважно были устроены богом и наши степные районы. Только зазеленеют в полях всходы — налетит с востока сухой, раскаленный солнцем ветер, суховей, и сожжет все дотла. Иной раз крестьянам приходилось по три раза пересевать погубленное поле.
Кто может задержать ветер? Лес. А никаких лесов в степи и в помине нет. Об этом богу и в голову не пришло позаботиться.
И вот человеку хочешь не хочешь приходится многое будто бы созданное богом переделывать, своим трудом исправлять ошибки и недосмотр «всемогущего создателя».
Кое-что люди уже успели сделать.
Начали мы сравнительно с небольшого. Пробили в гранитных скалах каналы и соединили Белое море с Балтийским. Не надо теперь пароходам огибать по дальним морям Скандинавский полуостров, чтобы попасть из Ленинграда в Архангельск.
Затем прорыли другой канал, в южных степях, и соединили Волгу с Доном. Донецкий уголь баржи повезли к уральским заводам, а плоты камского леса сами побежали по воде к Черному морю.
Проложили мы и новые реки — каналы. Они дали воду многим засушливым краям. Один большой Туркменский канал протянулся почти на тысячу километров по Каракумской пустыне. И уже зацвели поля и сады вдоль берегов этой широкой полноводной реки, созданной человеком.
В донских и заволжских степях поднялись и уже сомкнулись кронами полезащитные полосы молодого леса.
А затем появились десятки новых морей на Волге, на Каме, на Днепре, на великих сибирских реках. И новые реки в засушливых районах Приднепровья и Крыма, Средней Азии и Сибири.
Так год за годом меняется облик нашей Родины. И новые моря и озера, реки и леса, которые не сумел с толком создать бог, создают смелый ум и могучие руки человека.
Убедившись в силе человеческого труда и мысли, советские люди все решительнее перестраивают планету, которую так непродуманно создал для них старый бог. При всей его мудрости, которую так восхваляют служители церкви, он не учел того немаловажного обстоятельства, что созданным им людям надоест в конце концов жить кое-как и они неминуемо начнут искать способы устроить свою жизнь получше.
А для этого им прежде всего придется изменять очень многое из того, что он для них создал.
Выяснилось, например, что всезнающий бог не имел никакого представления о недалеком будущем того мира, который он создал. Он и не предполагал, что уже к началу двадцатого века главной силой в технике станет электричество, а самым нужным ископаемым — нефть.
Удобных мест для постройки гидроэлектростанций на земле оказалось совсем немного и, главное, не всегда там, где нужно. Советским людям пришлось самим изменять течение самых больших или самых быстрых рек, прорубать новые ущелья в горах Кавказа и Памира, чтобы возводить там гигантские гидроэлектростанции. Сегодня каждый школьник может рассказать, какие реки потекли в новых руслах. И потекли не по божескому велению, а по приказу человека.
А главные запасы нефти бог зачем-то запрятал либо глубоко под степями Заволжья, либо в самых непроходимых болотах Северной Сибири, а то и под морским дном. И, для того, чтобы добывать нужное количество нефти, советским людям пришлось построить на морских просторах новые большие острова, которых не создал в свое время бог.
Однажды ночью я подлетал на самолете к столице Азербайджана Баку. Море под нами было черное-черное, и лишь лунные блики поблескивали на волнах.
Вдали показалась мерцающая цепочка огней.
— Уже Баку? — спросил я соседа.
— Нет, — ответил он. — Это нефтяные острова.
Мы подлетели поближе, самолет начал снижаться, и я увидел, что под нами прямо в море протянулись длинные широкие улицы с домами и по этим улицам бегут автомобили.
