Предлагаемый вашему вниманию труд есть ни что иное как ряд статейгосподина Ибикуса из конференции Фидо — BOCHAROFF.SUX. Или поинтернетовски fido7.bocharoff.sux. Я просто это сохранил, перекодировалв разные кодировки и выложил в Интернете. Не каждый же будет рыться наwww.dejanews.com и не каждый может прочитать текст в кодировке KOI8.Текст приводится без каких либо изменений — т. е. именно таким каким онбыл в оригинале.Если у вас есть что мне написать — мой адрес: bighouse@hotmail.comЕсли вы думаете что в современной российской армии что-либо стало лучше,обсудите этот текст с пришедшими оттуда.
"Молодые парни умирали
с улыбкой на устах!"
П. Грачев о погибших на
чеченской войне.
"Даже светлые подвиги
в бездарной стране есть
всего лишь ступени к пропасти
на пути к заветной весне."
Кажется БГ.
Посвящается подписанию
Россией всех международных
документов по
правам человека и особенно
Женевской конвенции.
Напоминаю, что с 1998 года
российские граждане могут
напрямую обращаться в
международный суд по правам
человека.
Факт. А вот для нашего мехбата сии сушилки были — рай земной. Потому как зимой температура в казарме опускалась до -8. И лишь в сушилке спали о?уевшие от бурости местные царьки. Как правило, не очень светлой кожи и не очень широко раскрытых глаз. А в роте тоска. На ногах грибок, на теле вши. Чмошные зачуханцы, боясь холода, спали в одежде — а это верный способ обвошиться. По ночам слышался постоянный скрип зубов и чесание немытых с осени тел, перемежающееся лопаньем под пальцами несозревших гнид. Единственная возможность не заиметь вшей — поставить кровать под полувыбитое окно, и спать, снимая на ночь форму, и накрывшись, кроме двух одеял, еще и матрасом и шинелью. Спать тяжеловато, зато уютно. Правда, к утру под кроватью наметается сугробчик снега. Снег налетает и в сапоги.
Поутру штук пять задротов бредут, почесываясь, за поломоечным инструментом. Инструмент — две палки с перекладиной, некий прапрадед швабры. На нижнюю палку намотана ветошь, которой уже, видимо, вытерли все сколупаторы и бульдозера роты. Тряпка никогда не меняется и не моется, просто, когда она саморазрушится — наматывается новая. Данный струмент периодически опускается в ведро с жижей — водой этта назвать нельзя. Затем проводится по полу. Насколько тяжелы эти усилия, не знаю, но ребятишки проводят данную операцию с мукой на лице, давя между делом не передавленных за ночь вшей — занятие бесперспективное, ибо нарождается их явно больше. Дело не в том, чтоб вымыть пол — важно показать, что он мокрый. Отмывать его все равно никто не будет — через год другой поверх положат новый слой совкогого "линолеума". К слову о умывальнике — поскольку удобства на дворе, а там –30, то по малому ходят в умывальник же. Можно себе представить, какой духан стоит к утру! К 8 часам поднимается остальная толпа — шатаясь, бредет в столовую. В столовой дают жеванную картошку с шелухой и обмороженную, вареную рыбу с кишками и хлеб, при попытке порезать который вся булка налипает на нож. Толпа останавливается у условной линии, затем по команде стартует, сметая все на своем пути. Кто что урвет — миску рыбы, полбулки хлеба, картошины с гнилью — тот то и съест. Делиться никто не будет — нет такого понятия. К слову о вкусе — котлы периодически моют керосином, поэтому о истинном вкусе продуктов можно только догадываться — впрочем, это, к лучшему.
