Обсуждают иную книжку, и как начнут говорить о ее сюжете, всем становится и неудобно и совестно. А надо в таком случае говорить не о сюжете, а о СЮСЮЖЕТЕ. Сей термин с сияющим лицом вношу как ценный вклад в науку.
То же самое и о реализме некоторых наших произведений искусства. Не реализм это, а СЮСЮРЕАЛИЗМ.
Даже сны этому критику снились только реалистические.
Не стоит путать стадный инстинкт с общественным.
Он так ценил себя, что даже храпел под стенограмму.
Не мужчина, а самоходные брюки.
Насколько эффективней действовали бы на футбольном поле некоторые наши футболисты, если бы им не мешали игроки противника!
Ни в каком прейскуранте не узнаешь, почем пуд лиха.
«Семья-то большая, да два человека всего драматургов — отец мой да я». В лесу раздавался топор драматурга.
Опасен не градусник, а температура.
Новехонькое здание, а бельем поросло.
Бывает скоропись, бывает машинопись. Бывает и серопись.
Фильтрующийся склочник.
Разница между человеком и курицей: курицу никогда не зарежешь без ножа.
Чего только в сказках не бывает! В одной сказке человек брал взятки.
Не нытьем, так карканьем.
Род занятий — собутыльник.
Родился в сорочке из водоотталкивающей ткани и всю жизнь выходит сухим из воды.
Сон — единственное дело, которым этот человек занимался всерьез.
Ушла на пенсию и работает бабушкой у своей дочери.
У этого юноши еще молоко на бороде не обсохло…
Лев не стыдится, что он из семейства кошачьих.
Один и тот же дождь родит урожай и грязь на дорогах.
Показухины дети.
Романс алкоголика: «Лежу ли я вдоль улиц шумных, валяюсь ли у входа в храм».
Одни строят, другие пристраиваются, третьи устраиваются.
Вредно путать социальный заказ с сусальным.
В семье геолога три девочки: Зоя, Палеозоя и Мезозоя.
Не ногти красят человека, а человек — ногти.
Жандармский ротмистр Е. Е. Попытко-Непытко.
Это научное учреждение не столько цитадель, сколько
Нервный тот, кто топает ногами на своих начальников. Человек же, топающий ногами на подчиненных, — хам.
Бывает, человек умирает за много лет до своей смерти.
Величавый смех респектабельного идиота.
— Мы с Николаем Ивановичем порядочные люди.
— А без Николая Ивановича?
Если судьба стучится к тебе в дверь, не прикидывайся, будто тебя нет дома.
Когда собака лает, это признак ее душевного здоровья.
Единожды солгавший?! Кто тебе поверит!
Покойный был здоров хворать.
На головокружительной горной вершине одних тянет декламировать Пушкина и Маяковского, других — плюнуть вниз.
Изо всей колесницы Аполлона этот критик оставил для себя только оглоблю.
Лакеи не уважают как раз тех, кто их уважает.
Кончил дело — шнуруй смело.
Наследить в литературе и оставить в ней след — совсем не одно и то же.
Одни писатели мыслят образами, другие образами.
Не от хорошей жизни обезьяна превратилась в человека.
Опоздал на банкет и остался вне икры.
Не лезь в бутылку — пригодится воды напиться.
Для некоторых ловкачей передние рубежи — передние.
Нет в мире совершенства: у Нефертити были растопыренные уши.
Полагал о себе, что он пуп земли, а он еле-еле чирей.
Не столько литературная находка, сколько литературная выходка.
Одни люди вносят в общее дело свою лепту, другие — свой лепет.
В довоенные 1930-е годы серия выходила не пойми как, на некоторых изданиях даже отсутствует год выпуска. Начиная с 1945 года, у книг появилась сквозная нумерация. Первый номер (сборник «Фронт смеется») вышел в апреле 1945 года, а последний 1132 — в декабре 1991 года (В. Вишневский «В отличие от себя»). В середине 1990-х годов была предпринята судорожная попытка возродить серию, вышло несколько книг мизерным тиражом, и, по-моему, за счет средств самих авторов, но инициатива быстро заглохла.
В период с 1945 по 1958 год приложение выходило нерегулярно — когда 10, а когда и 25 раз в год. С 1959 по 1970 год, в период, когда главным редактором «Крокодила» был Мануил Семёнов, «Библиотечка» как и сам журнал, появлялась в киосках «Союзпечати» 36 раз в году. А с 1971 по 1991 год периодичность была уменьшена до 24 выпусков в год.
Тираж этого издания был намного скромнее, чем у самого журнала и составлял в разные годы от 75 до 300 тысяч экземпляров. Объем книжечек был, как правило, 64 страницы (до 1971 года) или 48 страниц (начиная с 1971 года).
Техническими редакторами серии в разные годы были художники «Крокодила» Евгений Мигунов, Галина Караваева, Гарри Иорш, Герман Огородников, Марк Вайсборд.
Летом 1986 года, когда вышел юбилейный тысячный номер «Библиотеки Крокодила», в 18 номере самого журнала была опубликована большая статья с рассказом об истории данной серии.
