— Ну, про его дочь написано лишь то, что она когда-то существовала, — пожала плечами Тонкс.
— Ладно, продолжай, — махнул рукой Сириус.
— Так… Морфин был повторно приговорен к пожизненному заключению в тысяча девятьсот сорок третьем году уже за убийство семьи маглов, — вздохнув, продолжила Тонкс. — Неких Реддлов, которые проживали в особняке в окрестностях того же селения.
— Реддлов, говоришь? — нахмурился Сириус. — А что он рассказывал при допросе? Сознался в убийстве?
— Да, сознался, — кивнула Тонкс. — Написано, что он ни капли не раскаивался в содеянном. Но все время бормотал о каком-то кольце и твердил, что отец будет его ругать, узнав, что он потерял кольцо. Но это еще не самое интересное!
— А есть что-то еще? — поднял брови Сириус.
— Объясни мне, дядя, зачем тебе вдруг понадобилось узнать об этом человеке? — скрестила руки на груди Тонкс. — Что ты задумал?
— Я просто наткнулся в одной книге на его имя. Там было написано, что он умер в Азкабане, — пожал плечами Сириус. — Почему ты решила, что я что-то задумал?
— Потому что незадолго до его смерти, к Морфину приходил Дамблдор, — ответила Тонкс. — Он провел у него несколько часов. А через пару недель в тысяча девятьсот девяностом году Морфин умер. А в записях о его здоровье указано, что после встречи с Дамблдором он постоянно мучился головными болями, иногда не понимал, где находится и прочее в том же духе. Разумеется, решили, что это влияние заключения. А мне кажется, что Дамблдор хорошенько покопался у него в голове.
Сириус задумчиво провел пальцами по волосам, поражаясь способностям племянницы. Теперь он понимал, почему она так нравилась Грюму. Тонкс могла быть сколь угодно неуклюжей, веселой и беззаботной девочкой, но это не делало ее менее внимательной и догадливой.
— Все возможно, — вздохнул Сириус. — Мне действительно просто стало интересно, за что его отправили в Азкабан.
— Но почему именно он заинтересовал тебя? — нетерпеливо спросила Тонкс, продолжая сверлить его внимательным взглядом.
— Он является дядей Волан-де-Морта, — пожал плечами Сириус. — А его мать звали Меропа Мракс, как я смог понять. А что от Морфина хотел Дамблдор, я понятия не имею.
— Ну, ладно. Пока поверю, — протянула Тонкс. — Но ты мне все равно будешь должен!
— Считай, я уже вернул должок, — подмигнул Сириус, поднявшись на ноги. — Римус спит в комнате на втором этаже. Поверь, он не будет сопротивляться, потому что проспорил мне, — ухмыльнулся он, подойдя к двери. — Так что все зависит от тебя.
— Мне казалось, ты не хочешь торопить события, — пробормотала Тонкс, тщетно пытаясь перестать краснеть.
— Я всегда считал, что лучше поспешить, чем обернуться назад и понять, что опоздал, — рассеянно произнес Сириус. — Мне кажется, я успел многое в своей жизни. Намного больше, чем все думают.
Тонкс как-то слишком понимающе хмыкнула. Сириус передернул плечами и поспешил покинуть гостиную. Ему еще расшифровкой записей брата заниматься.
***
Когда-то давно, в прошлой жизни, будучи еще студентом Хогвартса, Сириус просто обожал воскресенья. Именно в этот день недели они по-настоящему отдыхали. Отдыхали от учебы, розыгрышей и прочей ерунды. Римус никогда не заставлял их продолжать заниматься, если это только не конец года. Сейчас у него каждый день — отдых. Вот только он умудряется испортить себе этот отдых даже сидя взаперти и ничего не делая. Ну, почти ничего.
Сириус уже несколько минут смотрел в зеркало, словно пытаясь увидеть там себя прежнего. Но все равно видел исхудавшего мужчину, с красными от недосыпа глазами и мелкими морщинками по всему лицу, которые словно специально напоминали о том, что ушедшую молодость не вернуть. Мокрые волосы уже не были такими лоснящимися и ухоженными. А все потому, что он только недавно начал всерьез заботиться о своем виде. До этого не видел смысла в том, чтобы вернуть себе хотя бы часть былой красоты. Лишь неприступная аристократичность продолжала упорно выглядывать из-за всего того, что с ним сотворили время и Азкабан.
— Кажется, я становлюсь похожим на отца в последние годы его жизни, — потерев подбородок, пробормотал Сириус. — Осталось только усы с бородой отрастить.
Он невольно скривился от этой мысли и отошел от зеркала. Накинув на себя халат, Сириус слабо завязал пояс и направился в свою комнату. Сегодня дома никого не было. Тонкс и Римус сбежали прошлым вечером. При этом племянница еще успела обнять его, заразив своей счастливой улыбкой. И он в который раз задался вопросом, когда же он успел стать свахой.
Проходя мимо библиотеки, Сириус остановился, заметив открытую дверь. Носа коснулся знакомый запах трав. Мужчина на мгновение замер, раздумывая не дольше минуты. Но желание разобраться с оставшимися пробелами в памяти было сильнее, чем желание следовать правилам приличия. В конце концов, Снейп целую неделю прожил в его теле, да и видел практически все его воспоминания.
