— Гиппогрифы тоже интересные существа, — пробормотал Ксенофилиус. — Думаю, Полумне понравится.
— Твоя дочь? — спросил Сириус.
— Да, моя маленькая девочка, — улыбнулся Ксенофилиус. — Она очень похожа на Дору, — тихо прибавил он.
Сириус грустно улыбнулся, быстро посмотрев на него. Ему казалось, что Полумна притворяется странной, чтобы отпугнуть от себя недоброжелателей. А настоящие друзья не обращают внимания на странности. И именно благодаря притворству она способна лучше видеть людей. Пандора поступала точно так же.
— Тебя еще не оправдали? — вдруг спросил Ксенофилиус.
— А должны? — удивленно поднял бровь Сириус.
— А тебе нравится, что все считают тебя убийцей и предателем? — искренне растерялся Ксенофилиус.
— Ты ведь не считаешь, — заметил Сириус. — Почему, кстати?
— Это ниже тебя, — пожал плечами Ксенофилиус. — Тем более, ты достаточно страдал из-за Пожирателей. Было бы странно, если бы ты перешел на их сторону. Как же сирена? Она ведь не сама умерла.
— Она жива, Ксено, — отозвался Сириус. — Я обманул всех!
— Тогда я тем более не понимаю, чего ты ждешь, — фыркнул Ксенофилиус. — Думаю, ты словил слишком много мозгошмыгов.
— Да, они мне весь мозг выели, — рассмеялся Сириус. — Я ничего не могу предоставить в доказательство своей невиновности.
— Ты сам себе веришь? — поднял брови Ксенофилиус.
Сириус вздохнул, запустив пальцы в волосы. Его частенько пугала проницательность Лавгудов. Конечно, он не верил себе. Если бы хотел, если бы ему это было необходимо, он бы уже давно сам все решил, а не полагался бы на Дамблдора. Вот только он пока еще не уверен, что в этом есть смысл.
Ксенофилиус хлопнул его по плечу, словно пытаясь выразить поддержку. Чуть наклонился вперед, говоря ему что-то об омеле на яблонях. Сириус рассеянно поддерживал разговор, разглядывая странный кулон, похожий на треугольный глаз, который болтался на золотой цепочке на шее у Лавгуда. Да, именно этот символ Сириус видел на могиле Игнотуса, а еще на кольце в доме Малфоев…
— Ксено, что это? — перебил его Сириус, ткнув пальцев в кулон.
Ксенофилиус замолчал и перевел взгляд на свой кулон.
— Это символ Даров Смерти, — просто ответил Ксенофилиус, подняв на него взгляд. — Не все о них знают. И уж тем более очень, очень немногие волшебники в них верят. Те, кто верит в Дары, носят этот знак, чтобы по нему узнавать единомышленников и помогать друг другу в поисках.
— В поисках этих Даров? — уточнил Сириус. — А что это за Дары? С помощью них можно обрести бессмертие?
— Не думал, что Блэка может волновать бессмертие, — хмыкнул Ксенофилиус. — Особенно тебя!
— Мне просто интересно, — пожал плечами Сириус. — Я видел этот символ на могиле Игнотуса Певерелла.
— О, так ты знаешь о Певереллах, — воскликнул Ксенофилиус. — Многие искатели убеждены, что семья Певереллов имеет самое что ни на есть прямое отношение к Дарам Смерти! Три брата из сказки на самом деле — трое братьев Певереллов: Антиох, Кадм и Игнотус! Они и были первыми владельцами Даров.
Сириус моргнул, пытаясь сообразить, что за три брата из сказки.
— Сказка о трех братьях, которые встретили Смерть? — нахмурился Сириус.
— Только не говори, что не помнишь этой сказки, — кивнул Ксенофилиус. — Только те, кто знает о Дарах, понимают весь скрытый смысл этой сказки. Она придумана для детей и нет в ней никакого наставления. Но Дары!
— Так, погоди, — не дал ему продолжить Сириус, пытаясь вспомнить эту сказку.
Кажется, мать рассказывала ее им с братом перед сном. В грозу! А потом говорила, что смерти бояться не надо, что она за всеми рано или поздно придет. И что младший брат поступил мудро, встретив Смерть как старого друга.
— Дары это те три вещи, что Смерть дала братьям за то, что они смогли выжить? — поднял бровь Сириус.
— Разумеется! — закивал Ксенофилиус. — Бузинная палочка, самая могущественная палочка в мире. — Он указал на черточку в центре знака. — Воскрешающий камень. — Он заключил палочку в круг. — И мантия-невидимка самой Смерти. — Он провел пальцем по треугольнику.
— И Певереллы, это три брата, которые первыми владели Дарами, — пробормотал Сириус. — А ты не знаешь, что с этими Дарами случилось?
— Кто знает, — пожал плечами Ксенофилиус, устремив взгляд на холмы. — Возможно, Мантию могли передавать из поколения в поколение предки Игнотуса. О камне ничего не известно. — Он вздохнул. — Судьбу Бузинной палочки легче всего проследить благодаря своеобразному способу, каким она переходит от одного владельца к другому. Новый хозяин Бузинной палочки должен силой отнять ее у прежнего владельца. Ты, конечно, слышал о том, как Эгберт Эгоист в смертном бою добыл Бузинную палочку у Эмерика Отъявленного? Также о том, как Годелот скончался в собственном подвале после того, как у него забрал эту Палочку родной сын Геревард? О злодее Локсии, забравшем ее у Варнавы Деверилла, которого он убил? По страницам истории волшебного мира тянется кровавый след Бузинной палочки!
— И где теперь эта Палочка? — поинтересовался Сириус, впрочем, не сильно желая знать ответ. Ему до всего этого дела нет. Разве что камень…
