— У страха глаза велики, — усмехнулся Регулус. — Он в очередной раз совершил невозможное. Просто невероятно!
Мелоди опустилась обратно на стул, невольно обхватив плечи руками. Конечно, она рада, что Сириусу удалось сбежать. Но что-то подсказывало, что к ним он не прибежит в первую очередь, что они еще не скоро увидятся, как бы ей не хотелось обратного. За ним ведь сейчас все охотятся, ему нужно будет скрываться. И еще не понятно, почему он сбежал именно сейчас. Может, как-то сумел узнать о том, что Петтигрю жив и решил убить его. Может, ему просто надоело сидеть в четырех стенах. А может, он сбежал ради них. Мотивы действий Сириуса всегда было сложно понять. И со временем мало что изменилось.
— Мам, все хорошо? — обеспокоенно спросил Лайон, взглянув на нее. — Ты не рада, что папа смог сбежать?
— Нет, я рада, — выдавила улыбку Мелоди. — Только к нам он не придет, пока не совершит то, ради чего сбежал.
— Но все будут считать, что он сбежал для того, чтобы убить Поттера, — заметил Регулус. — Почему эта собака всегда умудряется все усложнить? — устало спросил он.
Мелоди пожала плечами. Ей тоже интересен этот вопрос. Но как же ей хочется встретиться с этим псом!
***
Август 1993 года.
Мелоди выпила очередную порцию успокоительного. После известия о побеге Сириуса, она только и делает, что пьет успокоительное. Боится поддаться эмоциям, которые все труднее контролировать. Вздохнув, она откинула с лица волосы и направилась в гостиную, там ее ждала ученица. Только никаких звуков слышно не было. Зато на диване сидел Лайон с ее ученицей. И они были настолько заняты поцелуями, что не заметили ее появления.
— Я вам не мешаю? — скрестив руки на груди, спросила Мелоди.
В ту же секунду девушка подскочила на ноги, спешно поправляя юбку, которую успел смять Лайон. Она смущенно покраснела, устремив взгляд себе под ноги. Лайон бросил на Мелоди быстрый взгляд и тяжело вздохнул опустив взгляд в пол. Мелоди точно знала, что виноватым он себя не чувствует. Только ему все же немного стыдно. Хоть что-то!
— С тобой я еще поговорю, — пообещала Мелоди. — А сейчас быстро скройся с моих глаз, иначе будешь сидеть целый день в своей комнате.
— Хорошо, — кивнул Лайон и, поднявшись на ноги, покинул гостиную.
— За рояль, — строго сказала Мелоди девушке. — Если подобное повторится, можете искать другого учителя музыки. И не надо мне говорить, что он начал первым. Меня не волнует, кто начал.
— Простите, — пробормотала все еще красная девушка и поспешно села за рояль.
Мелоди глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Лайону уже тринадцать. Нет ничего удивительного в том, что он начал поддаваться гормонам. Если верить Регулусу, у Сириуса это началось примерно в том же возрасте. А Лайон унаследовал характер отца, и она сильно сомневается в том, что это не отразится на общении с противоположным полом. Уже отразилось! А как она потом должна будет смотреть в глаза родителям этой девушки. И Мелоди отчего-то кажется, что подобное вполне могло происходить и с другими ее ученицами.
Урок прошел вполне неплохо, если не считать того, что девушка постоянно краснела и смущенно отводила взгляд. Мелоди убрала деньги в шкатулку и направилась на кухню. Все же, успокоительное она выпила не зря. Вспоминая Сириуса не разревелась. Хоть что-то хорошее.
— Сердишься? — тихо спросил Лайон, появившись на кухне.
Она так и не смогла понять, почему ему так важно, чтобы она на него не сердилась. Он делает все, чтобы не выводить ее из себя. А почему, не понятно. Но если верить Регулусу, то Лайон просто боится того, что она перестанет его любить. Логической связи она во всем этом не видит, да и не пытается уже все это понять.
— Ты весь в отца, — буркнула Мелоди. — Он был тем еще бабником!
Лайон несколько раз моргнул, потом снова опустил взгляд в пол, но она заметила, что теперь он как-то довольно улыбается. Вот и как с ним разговаривать, если при одном упоминании того, что он весь в отца, он довольно улыбается?
— Чтобы больше не смел приставать к моим ученицам. Ты меня понял? — строго произнесла Мелоди, глядя на сына. — У меня совсем нет желания потом выслушивать жалобы их родителей и требования компенсации за причинение их дочери морального вреда. Она ведь не сможет нормально заниматься, после того, как ты ее бросишь.
— Но я…
— Ты готов с ней встречаться? — вздернула бровь Мелоди. — Я сильно сомневаюсь в том, что ты ее не бросишь, когда она тебе надоест.
— Ты так говоришь потому, что так поступал мой отец? — поднял брови Лайон. — А что если…
— Никаких отношений с моими ученицами, — отрезала Мелоди. — Я не слепая, Лайон, она тебе нравится чисто физиологически. — Она тяжело вздохнула. — Не думаю, что у нас в городе мало хорошеньких девочек.
— Хорошо, мам, — кивнул Лайон. — Только не злись, — тихо попросил он, исподлобья посмотрев на нее.
— Не злюсь!
***
Август 1994 года.
