Проблема идеального полностью

Именно в качестве результата такого объективно подтверждаемого отображения логическая форма независима от психического, т.е. от текущих психических состояний человека, от его желаний, оценок, волевых устремлений, от его характера, темперамента, памяти и т.п. Она независима и в том отношении, что может существовать в отчужденном от человеческой психики виде, т.е. в виде системы графических знаков, в программе ЭВМ, в конструкции технического устройства. Ее независимость проявляется также в том, что, будучи усвоенной индивидом в процессе учебы, распредмечивания культурных ценностей, она становится имманентным фактором его субъективной реальности и в качестве такового формирует, «регулирует» наличные мыслительные процессы.

Однако во всех отмеченных случаях независимость логического от психического носит относительный характер. Логическая форма (категория, принцип, правило) есть результат человеческого отражения и, следовательно, необходимо связана исторически и актуально с мышлением и сознательной деятельностью людей. Не бывает мышления и сознательной деятельности вне и помимо психического. Всякая логическая форма есть форма мышления, форма познавательной деятельности и ее продукт. Из того, что отображенное и зафиксированное в ней свойство (отношение, закономерность) существует объективно реально, вовсе не вытекает, что и сама логическая форма существует вне и независимо от сознания.

В противном случае мы должны были бы признать абсолютное тождество между данной логической формой и отображенным в ней объективно существующим отношением, а в конечном итоге — абсолютное тождество между всем множеством наличествующих в логике (философии, науке) логических форм и всем множеством универсальных свойств, отношений, закономерностей в самой объективной действи-

тельности. Если же данный вопрос решается так, что все множество наличных логических форм в их взаимоотношениях (т.е. допускающих описание средствами логики, философии, науки, обыденного языка) тождественно не всему множеству объективно существующих универсальных свойств, отношений, закономерностей, а только их познанной части, то тогда непознанная часть, остающаяся не отображенной в логике (философии, науке), тоже, видимо, должна именоваться логическими формами, неизвестными логическими формами. Неясно только, существуют или не существуют они в наличном человеческом мышлении.

Если да, то это означает, что все логические формы предза-даны мышлению всякого человека, что они составляют некую раз и навсегда положенную сущность мышления, тождественную сущности объективной действительности, и тогда познание действительности может быть сведено к самопознанию духа, т.е. к типично платоновской схеме (или при соответствующей интерпретации к принципам гегелевской Логики).

Если же мы полагаем существование неизвестных объективных закономерностей (что вполне естественно) и возможность существования эквивалентных им логических форм, которые, однако, пока не представлены в наличном мышлении, но могут возникнуть в процессе углубляющегося познания действительности, то тогда сразу обнаруживается несостоятельность гегелевского принципа тождества мышления и бытия, а проблема логической формы приобретает иной смысл, исключающий тенденцию к ее объективно-идеалистической мистификации.

То, что именуется логической формой, присуще мышлению, а не объективной действительности как таковой. Она есть отображение действительности, но существует лишь в мышлении. В конкретных актах мышления та или иная логическая форма может не рефлексироваться. Но если это логическая форма, то она должна быть выделена и описана соответствующей научной дисциплиной, математической логикой и т.п. Новые логические формы являются продуктом исследовательской деятельности конкретных людей (как и всякие новые идеи, обладающие объективным содержанием и продвигающие вперед научное познание). Будучи продуктом научного мышления, новые логические формы вместе с тем существенно обогащают и совершенствуют научное мышление, повышают его эффективность в решении соответствующих проблем, что, в частности, можно видеть на примере развития модальной логики и других новейших направлений логических исследований (см. [111, 189]).

Логическая форма идеальна именно как форма актуального мышления, ибо мышление, по словам Ф. Энгельса, существует «только как индивидуальное мышление многих миллиардов прошедших, настоящих и будущих людей» [ 1, т. 20, с. 87]. Но индивидуальное мышление есть психический процесс, следовательно, об идеальности логических форм допустимо говорить лишь в рамках их представленности в определенных психических, мыслительных процессах реальных человеческих индивидов. Только таким путем можно последовательно провести исходное определение идеального как субъективной реальности и решительно исключить возможность объективно-идеалистической мистификации мышления, логических форм, а вместе с тем и категории идеального.