Другое ограничение на выражение событийными СВ последовательности событий связано с характером значения СВ (обозначаемых ими событий). Изображающая движение мира цепочка СВ строится таким образом, что каждый последующий глагол берет в качестве своего исходного пункта этап, на который «продвинул» историю предшествующий глагол, и, опираясь на него, двигает историю дальше, таким образом, глаголы «сцепляются» общими ситуациями: 'не Р – Р', 'Р – Q', 'Q – R' и т. д. Так, выше царевич сначала поднялся, т. е. перешел из горизонтального или сидячего положения в вертикальное, затем, находясь в вертикальном положении, передвинулся таким образом, что голова пришла в контакт с дном бочки, затем, находясь в таком контакте, начал прикладывать силу к дну. и т. д. Если такое «сцепление» отсутствует, то глаголы не понимаются как выражающие последовательность. Это имеет место, например, в тех случаях, когда все глаголы начинательные, ср. [Бондарко 1971: 16]. После начинательного глагола должен идти, так сказать, «продолжательный» глагол; если дальше опять идет начинательный глагол, то он не может «сцепиться» с предшествующим начинательным глаголом и обозначает начало другого действия, и вся серия обозначает ряд неизвестно как расположенных во времени (по отношению друг к другу, но не к другим событиям!) событий: Все зашумели, задвигались, заговорили; Тарантас по-вчерашнему запрыгал, завизжал, застучало неистово ведро, привязанное к задку (Чехов. Печенег) (примеры из [Бондарко 1971])[26]. То же относится и завершительным (финитивным) глаголам: после финитивного глагола, чтобы продолжить историю с тем же объектом, должен идти начинательный глагол; ряд финитивных глаголов обозначает серию неизвестно как расположенных по отношению друг к другу событий: Настанет день – печальный, говорят! – Отцарствуют, отплачут, отгорят, – Остужены чужими пятаками, – Мои глаза, подвижные, как пламя (М. Цветаева).
Во всех перечисленных выше случаях, когда последовательность СВ не указывает на последовательность событий (различие объектов / аспектов объектов, отсутствие внутреннего «сцепления»), последовательность, тем не менее, может быть выражена – с помощью эксплицитных показателей следования (таксисных показателей): затем, потом, после этого, вслед за этим, сначала… затем … наконец… и т. д., а также формы деепричастия СВ, которая также является эксплицитным синтактико-морфологическим показателем следования (предшествования). В некоторых случаях наличие таких показателей обязательно, и их отсутствие делает текст бессвязным: Он остановил свой взор на верхних этажах, ослепительно отражающих в стеклах изломанное и навсегда уходящее от Михаила Александровича солнце, затем перевел его вниз, где стекла начали предвечерне темнеть, чему-то снисходительно усмехнулся, прищурился, руки положил на набалдашник, а подбородок на руки (М. Булгаков. Мастер и Маргарита). Без затем аномально: Он остановил свой взор на верхних этажах, *перевел его вниз… Здесь опущен этап, вводимый сочетанием остановил взгляд: 'смотрел на них некоторое время и затем прекратил смотреть'[27]; чтобы перескочить через этот пробел к последующему действию, необходимо затем. Вместо затем может быть использовано деепричастие, однако при этом нужно эксплицировать пропущенное действие: Он остановил свой взор на верхних этажах и, посмотрев на них некоторое время, перевел взгляд вниз… Не в форме деепричастия эта последовательность также была бы аномальной, хотя и несколько лучше: Он остановил свой взор на верхних этажах, посмотрел на них некоторое время,?перевел взгляд вниз…
