Подытоживая все сказанное, можно выделить некоторые общие, наиболее характерные черты современного правового нигилизма.
Это:
во-первых, его подчеркнуто демонстративный, воинствующий, конфронтационно-агрессивный характер, что обоснованно квалифицируется общественным мнением как беспредел или запредельность;
во-вторых, глобальность, массовость, широкая распространенность не только среди граждан, социальных и профессиональных групп, слоев, каст, кланов, но и в официальных государственных структурах, законодательных, исполнительных и правоохранительных эшелонах власти;
в-третьих, многообразие форм проявления - от криминальных до легальных (легитимных), от парламентско-конституционных до митинговоохлократических и др.;
в-четвертых, особая степень разрушительности, оппозиционная и популистская направленность, регионально-национальная окраска, переходящая в сепаратизм;
в-пятых, слияние с государственным, политическим, нравственным, духовным, экономическим, религиозным нигилизмом, образующими вместе единый деструктивный процесс;
в-шестых, связь с негативизмом - более широким течением, захлестнувшим в последние годы сначала советское, а затем российское общество в ходе демонтажа старой и создания новой системы, смены образа жизни[530].
Основными путями преодоления правового нигилизма являются:
- реформы социально-экономического характера;
- повышение общей и правовой культуры граждан, их правового и морального сознания;
- массовое просвещение и правовое воспитание населения; подготовка высококвалифицированных кадров юристов;
- совершенствование законодательства;
- подъем авторитета правосудия как за счет изменения характера судебной деятельности, так и путем воспитания уважения к суду;
- изменение содержания правового регулирования, максимальное приближение юридических норм к интересам различных слоев населения;
- улучшение правоприменительной практики;
- профилактика правонарушений, и, прежде всего, преступлений;
- упрочение законности и правопорядка, государственной дисциплины;
- уважение и защита прав человека;
- теоретическая работа в этом направлении и др.
Однако ясно, что правовой нигилизм невозможно ликвидировать немедленно. Это трудный, длительный процесс.
В юридической литературе антиподом правовому нигилизму, но сходным с ним по своим негативным последствиям называют правовой идеализм или юридический фетишизм (юридический романтизм). Он представляет собой форму деформации правового сознания, выражающуюся в абсолютизации роли права и правовых институтов в регулировании общественных отношений[531].
Правовой идеализм породил у значительной части людей кризис веры в законодательные пути решения назревших проблем, в новые прогрессивные институты.
Например, в начале 90-х годов провозглашались такие лозунги как ускорение социально-экономического развития, искоренение пьянства, резкое повышение жизненного уровня народа, плавное и безболезненное развертывание демократии, гласность и др. Все это хотели в короткие сроки закрепить на законодательном уровне. Закрепили. А результата не получили.
Распространению юридического идеализма способствовало и то, что в России долгое время преобладал чисто прагматический подход к праву (орудие, инструмент, средство, рычаг и т.д.). В соответствии с этим на право возлагались слишком большие надежды, которые в дальнейшем не оправдались. Правовой скептицизм особенно усилился в последние годы, когда общество отчетливо осознало, что многие законы, принятые в период обновления, оказались малоэффективными и не привели к достижению желаемых целей, а некоторые дали отрицательный результат.
Например, в 1993 г. Правительством РФ была одобрена общероссийская программа "Жилье", которая предусматривала к 2000 г. трехкратное увеличение строительства нового жилья. Программа, по понятным причинам, не была реализована. Подобных идеалистических решений и программ много.
Элементы идеализма содержит российская Декларация прав и свобод человека и гражданина 1991 г., ибо многие положения в нынешних кризисных условиях неосуществимы. Она долгое время будет восприниматься обществом как некий свод мало чем пока подкрепленных общих принципов или своего рода торжественное заявление о намерениях и желаниях, а не как реальный документ.
Известным правовым романтизмом можно считать ст. 1 Конституции РФ, гласящую, что Россия уже сегодня является правовым демократическим государством[532]. Здесь явно желаемое принимается за действительное. Это, скорее, цель, лозунг, перспектива, а не состоявшийся факт.
