Только что я думал над историей. Я не знаю, кто придумал ее или почему, и я также не согласен с выводами, но, тем не менее, она мне нравится. История проста. Вы могли слышать се, но, возможно, не поняли ее, потому что она так проста. Каждый думает, что понимает простоту. Это странный мир. Люди пытаются понять сложность, тем не менее, они игнорируют простоту, считая, что ей не стоит даже уделять внимание. Возможно, вы не обратили внимания на историю, но когда я расскажу ее, она вернется к вам.
Истории странные создания, они никогда не умирают. Они также никогда не рождаются. Они так же стары, как человек; поэтому я люблю их. Если история не содержит правды, это не история. Тогда это может быть философия, теософия, антропософия; и не имеет значения, сколько «софий», все это чепуха, чистая чепуха.
Сначала я рассказал эту историю Масто, который слышал ее раньше, но не в моем искаженном виде.
История о том, как — и я рассказываю ее Масто — «Бог создал мир, Масто».
Масто сказал: «Прекрасно. Ты всегда был против философии и религии, что произошло? Это самая первая загадка, с которой начинаются все религии»-.
Я сказал: «Подожди, прежде чем делать вывод. Не будь глупцом, делая вывод до того, как услышишь всю историю».
Масто сказал: «Я знаю историю».
Я сказал: «Ты не можешь знать ее».
Он выглядел удивленным и сказал: «Это нечто. Я могу, если хочешь, повторить ее».
Я сказал: «Ты можешь повторить ее, но это не означает, что ты знаешь ее. Разве повторять значит знать? Разве попугай, повторяющий сутры Будды, становится буддой или, хотя бы, бодхисатвой?»
Он выглядел задумчивым. Я подождал, но потом сказал: «Перед тем, как ты начнешь думать, послушай историю. То, что знаешь ты, не может быть тем же самым, что знаю я, потому что мы это не одно и то же. Бог создал мир. Естественно, возникает вопрос, и Веды именно его и задают: Почему он создал мир? Веды, в этом смысле, просто великолепны. Они говорят: «Возможно, даже он сам не знает, почему», - и под «ним» они имеют В виду Бога».
И я могу увидеть красоту этого. Возможно, это все получилось из-за невинности, не из-за знания. Возможно, он не создавал, возможно, он просто играл, как ребенок строит дом на песке. Разве дети знают, для кого строятся дома? Они знают муравья, который заползет туда ночью и согреется?
В хинди муравей всегда «она», я не знаю, почему. О них никогда не думают в мужском роде. На самом деле только один муравей, королева — это женщина, все остальные муравьи - мужчины. Это странно или, возможно, не так странно, но чтобы скрыть правду, муравья называют «она». Возможно, потому что муравей так мал, и назвать его «он» было бы против мужского эго. Слона называют «он». Льва называют «он». Если хотят указать на то, что это слониха, они добавляют «она» перед словом слон, или львица — тогда добавляют «она» перед словом лев, но в других случаях слово употребляется в мужском роде. Но бедный муравей… и, к сожалению, я выбрал его для этой истории.
Он или она, кем бы ни был муравей, философствует — возможно, муравей не может быть «она»; иначе, откуда бы взялась философия? Я никогда не встречал женщину, которая бы философствовала. Я знал много женщин, которые были профессорами философии, но, странно, даже эти профессора говорили только об одежде и картинах. Если какая-то женщина находится в комнате, они ее хвалят, если она отсутствует они осуждают ее. Философия была последним, о чем они думали. Для меня было странно, как они смогли стать профессорами, хотя вы могли подумать, что так и надо. Нет, они могут преподавать, потому что для этого не надо думать; на самом деле, это самое основное требование. Если вы думаете, вы не можете учить.
Один из моих профессоров был страннейшим человеком, какого я когда-либо встречал в университетском мире. На протяжении нескольких лет ни один студент не приходил в его класс, причина была в том, что он всегда начинал свои лекции вовремя, но никто никогда не знал, когда он их закончит.
В самом начале он говорил: «Пожалуйста, не ждите окончания, потому что ничто в мире не заканчивается. Если вы хотите уйти, вы можете это сделать, потому что в мире многие уходят, а мир все равно продолжается, Просто не тревожьте меня. Не спрашивайте меня: «Я могу уйти, сэр?» Никто так не спрашивает, даже когда умирает, поэтому почему вы должны спрашивать об этом бедного профессора философии? Дорогой, могу я спросить, почему ты пришел? Вы можете уйти, когда бы вы этого ни захотели, а я буду говорить до тех пор, пока у меня будут появляться слова».
Когда я приехал в университет, все сказали мне: «Избегай этого человека, доктора Дасгупту. Он просто сумасшедший».
Я сказал: «Это означает, что я прежде всего должен встретиться с ним, Я пришел в поисках действительно сумасшедшего человека. Он, правда, сумасшедший?»
Мне сказали: «Действительно сумасшедший. Он абсолютно сумасшедший, и мы не шутим»,
