Вчера кто-то показывал мне наклейки. На одной из них было написано — «Поверьте, эта дорога в самом деле принадлежит мне». Читая эту наклейку я вспомнил дорогу, которая проходила около моего дома. По крайней мере, ночью она принадлежала мне.
Днем это была городская дорога, но ночью полностью моя. Даже сегодня я не могу представить, чтобы какая-то дорога была настолько тихой, как была эта ночью.
Но мой отец очень разозлился и сказал: «Чтобы ни случилось я собираюсь срубить это дерево и закончить весь этот бизнес, которым ты занимаешься».
Я сказал: «Какой бизнес?» Я беспокоился о гвоздях, потому что они были единственным источником моего дохода. Но он не знал об этом, потому что он сказал: «Это ужасное дело, которое ты делаешь, заставляя
людей бояться… И теперь семья этого человека постоянно преследует меня. Каждый день кто-то из них приходит и просит меня что-то сделать. Что я могу сделать?»
Я сказал: «Я могу, по крайней мере, дать тебе штаны. Это единственное, что осталось. А что касается дерева, мне кажется, никто не хочет, чтобы оно было срублено».
Он сказал: «Тебе не нужно беспокоиться об этом».
Я сказал: «Я не беспокоюсь. Я просто хочу, чтобы ты знал и не тратил своего времени».
Через три дня он позвал меня и сказал: «Ты действительно что-то. Ты сказал мне, что никто не будет рубить дерево. Странно - я поговорил со всеми людьми, которые смогли срубить дерево — их немного в городе, всего несколько дровосеков — но никто не готов это сделать. Все они говорят: «Нет. А как же духи?»
Я сказал ему: «Я сказал тебе раньше, я не знаю никого в этом городе, кто бы решился дотронуться до этого дерева, если, конечно, я не решу срубить его сам. Но если ты хочешь, я могу кого-нибудь найти, но тогда ты будешь зависеть от меня».
Он сказал: «Я не могу зависеть от тебя, потому что никто не знает, что ты собираешься делать. Ты можешь сказать мне, что ты собираешься срубить дерево, но сделаешь что-то еще. Нет, я не могу просить тебя сделать это».
Дерево так и осталось стоять, и никто не был готов срубить его. Я часто подходил к отцу и говорил: «Папа, а как же дерево? Оно еще стоит - я видел его этим утром. Разве ты еще не нашел дровосека?»
И он смотрел по сторонам, чтобы никто не слышал, и говорил мне: «Разве ты не можешь оставить меня в покое?»
Я говорил: «Я редко навещаю тебя. Я захожу лишь иногда, чтобы спросить о дереве. Ты говоришь, что ты не можешь найти человека, чтобы срубить его. Я знаю, что ты просил людей, и я знаю, что они отказывались. Я также просил их».
Он сказал: «О чем?»
Я сказал: «Нет, не о том, чтобы срубить дерево, а о том, чтобы они знали, что оно содержит — духов. Я не думаю, что бы кто-то согласился срубить его, если ты не попросишь меня сделать это». И, конечно, он не хотел это делать. Итак, я сказал: «Хорошо, дерево останется».
И дерево оставалось, пока я был в городе. И лишь когда я уехал, моему отцу удалось найти мусульманина из соседней деревни, чтобы срубить дерево. Но случилась странная вещь: дерево было срублено — но для того чтобы оно не выросло снова, мой отец сделал на этом месте колодец. Но он напрасно мучился, потому что корни дерева ушли глубоко и сделали воду очень горькой. Никто не пил воду из этого колодца.
Когда я, в конце концов, вернулся домой, я сказал своему отцу: «Ты никогда не слушал меля. Ты разрушил прекрасное дерево и создал
эту мерзкую дыру. И какая в этом польза? Ты истратил деньги на колодец, и даже ты не можешь пить эту воду».
Ом сказал: «Возможно, иногда ты прав. Я понимаю это, но сейчас ничего нельзя сделать».
Ему пришлось забросать колодец камнями. Он так там и остался, закрытый камнями. Если их отодвинуть, вы найдете колодец. Но и до настоящего дня вода в нем осталось горькой.
Почему я рассказываю вам эту историю? — потому что учитель в первый день пытался впечатлить меня, сказав, что он очень храбрый человек, бесстрашный, не верящий в духов.
Я сказал: «В самом деле? Вы не верите в духов?»
Он сказал: «Конечно, я не верю». И я мог видеть, что он уже испугался, когда он сказал это.
Я сказал: «Поверите вы в это или нет, но сегодня ночью я представлю их вам». Я никогда не думал, что представление заставит его просто исчезнуть. Что с ним произошло? Когда я возвращался в город, я всегда навещал его дом, чтобы спросить: «Он еще не приехал домой?»
Его родственники говорили: «Почему ты так этим интересуешься? Мы уже забыли и саму мысль о том, что он приедет».
Я сказал: «Я не могу забыть, потому что то, что я видел, было так красиво, а я всего лишь представлял его кому-то».
Они сказали: «Кому?»
Я сказал: «Просто кому-то — я даже не смог закончить представление и», - сказал я его сыну, — «то, что твой отец сделал, было не по-джентельменски — он просто выскочил ил штанов и убежал».
Его жена, которая что-то готовила, рассмеялась и сказала: «Я всегда говорила ему застегивать брюки покрепче, но он не слушал. Теперь его брюк нет, как и его самого».
Я спросил: «А почему ты говорила ему затягивать брюки потуже?»
