- Конечно. Слово аристократа Лииса.
- Понимаете господин. – свёл тонкие брови вместе сержант: - Группа ответственная за поимку маньяка была сформирована только пару дней назад. Несмотря на то что официально поиски продолжаются уже четыре месяца.
Молчание продлилось минуту, а потом Лиис высказал, что думает об услышанном. На французском. Матерно. Подумал. Добавил ещё пару слов на немецком. И в итоге всё-таки решил уточнить: - Скажи ваш начальник вообще на что рассчитывал, когда принимал решение на всё забить?
- Самая расхожая версия среди нас, гласит: «Авось само как-нибудь пройдёт» - ответил Молодов.
- Тогда извини за нескромный вопрос. Откуда по вашему полковнику прилетел пендель, что он решил наконец начать работать?
- Из столицы ваша милость. Говорят, к нам направили особую группа для расследования происходящего. Наша же задача изобразить видимость работы. – печально вздохнув сказал Молодов: - Ну а если в процессе удаться стать хотя бы на шаг ближе к концу этой истории, может… Поэтому ваша милость, если вы конечно позволите попросить…
- Если денег, то рекомендую обратиться в банк. Там правда процент высоковат. – прервал несмелые слова полицейского Лиис.
- Никак нет. Я бы хотел попросить вас делиться информацией по маньяку. – с чуть проснувшей надеждой в голосе попросил мужчина.
Ответ последовал почти незамедлительно, чем весьма удивил полицейского: - Лично с вами я не против обсуждать некоторые дела, Молодов. Но только с вами. Если кто-нибудь из вашей шайке попытается обратиться ко мне, спущу с лестницы. Ну и конечно у меня есть условие.
- Какое?! – скрестил пальцы Молодов, надеясь, что он ошибся в том о чём может потребовать от него аристократ.
- Я требую чтобы маньяка передали мне. По крайне мере до того момента, пока его туша не будет предъявлена господину Артемьеву. И при этом он должен быть живым по возможности. Хотя и не настаиваю на последнем условии.
Молодов ответил не сразу. Но в итоге смог произнести: - Я не имею принимать такие решения самостоятельно.
- Отнюдь. – покачал головой Лиис: - Я не требую группу поддержки при захвате. Просто о личности нашего общего знакомого я хочу знать несколько раньше, чем ваше начальство. А дабы избежать шероховатостей, мы с вами заключим договор. За вашей подписью. И если вы посмеете меня обмануть, я его обнародую в той жёлтой газетёнки борзого журналиста. Представляете, что сделает с вами начальство?
- Вполне. Я могу подумать?
- Нет. – отрезал Лиис: - Первый порыв самый честный. И не оставляет лишнего шанса на предательство. Найдётся у вас бумажка и ручка?
Через полчаса они покинули это здание друг за другом. Только вот теперь Лиис в прямом смысле держал в рукаве, небольшой пергамент с договором, подписанный сержантом и его печатью.
*****
Своих планов он не поменял и зашёл ещё в несколько приютов и даже переборов себя, забрался в один из бедных кварталов, где за пяток рублей ему нарассказывали много страшных историй о пропавших. Только вот ничто их этого не позволило ему даже примерно прояснить мотив преступника. Приюты, из которых пропали дети, тоже ясности не принесли.
Их директоров в принципе было сложно вывести на разговор в отличие от первой его «жертвы» они оказались покрепче духом и не собирались падать в обморок при виде оружия аристократа и его печатки. Но кое-что вытянуть из них удалось. Больше нигде худой человек не заходил и не «арендовал» ребёнка. Похищения случались внезапно и только крики убежавших позволяли узнать, что что-то произошло. К несчастью для слишком ответственных попытка помочь подопечным заканчивалась всегда одинаково.
Уставший Стефан возвращался домой, когда остановился перед магазинчиком с лаконичной вывеской «Карты». Найти нужную и большую удалось не с первой попытки и сухонький старичок отдавая нужный экземпляр, тихо пробормотал: - Уже вторую берёт. Девать денег некуда чтоль?
Лиис услышал эти слова и смог сложить один плюс один, но задавать вопрос не стал.
Дома его встретил Иван, которого Лиис хотел сначала демонстративно проигнорировать, но в итоге плюнул и просто впихнул карту тому в руки и приказал: - Повесить. А это… - он бросил подшивки слуге в другую руку: - оставь на кровати.
С ужина он пришёл уже чуть-чуть отдохнувшим и поэтому переодевшись в домашнее открыл газеты. Всю ночь он читал при не самом ярком свете статьи, потом находил адреса на карте и отмечал крестиками места, где происходили убийства.
Закончил он, когда часы уже показывали четыре утра и уставшие мозги отказывались осматривать открывшуюся картину. За осмотром полотна он и вырубился.
Однако дернувшись снова открыл глаза и недоуменно захлопал глазами посмотрел на часы поблизости. Они показывали, что прошло почти три часа, но при этом он не чувствовал себя ни капли отдохнувшим.
- Надо поспать нормально. – решил Стефан, и уже собрался перебраться на кровать окончательно, но заметил, что пальцы его были в чёрной саже. Потом осмотрелся вокруг и увидел немало раскиданных угольков, а рядом лежала большая линейка.
