Пробуждение полностью

Его звали Ронни Мурзо. Это Уилл успел выспросить у Аджая, прежде чем они расстались на ночь. Все пятеро – Брук, Аджай, Ник, Элиза и Ронни, – учась в десятом классе, жили в Гринвуд-Холле, в отсеке 4–3. Это был непростой год – первый вдали от дома, полный стрессов и волнений. Уилл открыл ежегодник на разделе, посвященном десятиклассникам. Там были помещены все фотографии – обычные улыбающиеся и немного рассеянные лица. Кроме Элизы. Элиза смотрела в объектив камеры с такой дерзостью, словно знала все тайны фотографа.

А потом Уилл разыскал фотографию Ронни Мурзо. У него было длинное и узкое лицо, нежная линия подбородка и прямые светлые волосы – белые, как солома. Тонкогубая улыбка казалась натянутой, словно бы немного вымученной. У него были умные светло-карие глаза и чуточку ранимый взгляд. Он явно был чувствительным и стеснительным. Наверное, эмоциональный и некрепкий физически. Под каждой фотографией был помещен небольшой текст. Что-то вроде самолично составленных профилей. Под фотографией Ронни было написано следущее:

Странно. Это было второе упоминание о Шангри-Ла с тех пор, как Уилл покинул родительский дом. К тому же… в последнем своем сообщении отец употребил то же самое словосочетание – «врата ада». Ронни был любителем поиска закономерностей? Сколько упоминаний об одном и том же в короткий промежуток времени являлись закономерностью?

Случайных совпадений не бывает.

Под матрасом зажужжало. Уилл вздрогнул. Звонил мобильник Нандо. Уилл поспешно достал его, прошел в ванную и закрыл за собой дверь.

– Они в аэропорту Окснарда, дружище, – сообщил Нандо, как только Уилл ответил на звонок. – Прикатили сюда прямо от твоего дома. И выехали прямо к взлетной полосе. Грузят ваши вещи на частный самолет.

– А ты где? – спросил Уилл.

– Я припарковался напротив, слежу за ними через забор. Двухмоторный самолет… семи- или восьмиместный…

– Номер на хвосте видишь?

Чуть погодя Нандо произнес:

– N-четыре-девять-семь-T-F.

– Кто на борту? – спросил Уилл.

– Дамочка и тот мужик бородатый…

«Мама и папа».

– К ним только что прошел тот, лысый. Трап откатывают. Остальные «шапки» по тачкам расселись. Уезжают строем.

– Постарайся, чтобы они тебя не заметили.

– Не заметят, брателло. Такси – это ж, считай, невидимка, а особенно – рядом с аэропортом. Самолет покатил по полосе, готовится к взлету. Хочешь, чтобы я за Шапками проследил?

– Я не могу тебя об этом просить, Нандо.

– Ты башкой соображай, дружище. Каждый божий день я вожу в ЛА богатеньких мистеров и миссис и ихних детишек. Шутишь, да? Кто же откажется от такого триллера?

– Даже не знаю, как тебя благодарить, – вырвалось у Уилла.

– Ты старика своего обними, брателло. Мы с тобой – хорошие сын… Эй, «шапки» выехали на шоссе. Я за ними. Потом брякну.

Уилл позвонил в Национальную Справочную Службу поиска частных чартерных авиакомпаний, предлагавших некоммерческие рейсы из Окснарда. С третьей попытки ему удалось получить толк от хвостового номера. Секретарша ответила, что этот самолет принадлежит их компании – двухмоторный «Бомбардье-Челленджер».

Уилл изменил голос, сделал его плоским, канцелярским, как у большого чиновника, который хочет показать простому гражданину, кто в доме хозяин.

– Говорит помощник окружного шерифа Джонсон, округ Вентура, – объявил Уилл. – У нас есть причины предполагать, что на данном воздушном судне находятся лица, представляющие для нас интерес. Список пассажиров у вас имеется?

– Нет, сэр, – отозвалась секретарша голосом, явно говорившим о том, что она готова сотрудничать.

– Этот самолет нанят мистером или миссис Джордан Вест?

Зашуршали бумаги.

– Да. Мистер Вест заплатил за аренду самолета кредитной картой.

У родителей Уилла кредитных карточек не было. Они всегда расплачивались или лично выписанными чеками, или наличными.

– Именно это имя было указано на кредитной карте? – уточнил он.

– Да. Джордан Вест.

– А куда они направились, мэм?

– Они летят в Феникс. Должны вернуться завтра.

Феникс. Значит, его ложный маршрут сработал. Если повезет, они его еще и в Мексике станут искать.

– И во что им обошелся этот перелет?

– До Феникса и обратно – двенадцать тысяч семьсот двадцать долларов, – ответила секретарша.

Развеялись последние сомнения. Его родители никак не могли за это заплатить. Они с трудом каждый месяц платили по счетам. Таких денег у них попросту не было. Уилл поблагодарил секретаршу и сказал, что еще перезвонит, если возникнут какие-то вопросы.