- Послушай, мне пора бежать, - заторопилась Бри. - Нужно еще на завтра приготовить историю, а я до сих пор мусолю первую страницу.
- Ничего, как-нибудь выкрутишься, - успокоила ее я. - Тебе ведь всегда везет.
- Конечно, выкручусь! - весело отозвалась Бри. - Ладно, потом поговорим, идет? И… Морган…
- Что?
- Спасибо, что позвонила, - тихо прошептала она. - Я знаю, как это нелегко.
- На здоровье, - хмыкнула я в ответ.
Мы распрощались, и я отнесла телефон назад в прихожую. Поднимаясь наверх, я поймала себя на том, что улыбаюсь. Я уже давно забыла, когда чувствовала себя такой счастливой.
Имболк, 1997 год
Имболк - день, предназначенный для света. Фиона напомнила мне, что Имболк значит «в чреве; в утробе Богини». Это праздник Семен, которые до сих пор спали в земле, но пробуждение уже началось, и они готовы вот-вот появится на свет - праздник пробуждения новой жизни. И хотя в Хельсинки холодно и пасмурно, все равно - это праздник новой надежды. В этот день мы должны зажечь священный огонь.
В Англии каждый ковен разводит огромный костер. Здесь, в крошечном домике, который мы снимаем, мы смогли только зажечь свечи. А потом мы вдвоем с Фионой устроили скромную церемонию разведения огня в печи.
Холод ужасно действует на Фиону. Она постоянно мерзнет и мучается от боли. Поэтому мы вряд ли задержимся здесь надолго. Так что скоро опять в путь. Только куда?
Магнач
После того как мы вечером поговорили с Бри, я почувствовала, что снова воспряла духом. Во всяком случае, теперь у меня хватит сил встретить грядущий день. «Конечно, то, что разделяло нас, не так легко забыть, но для начала и это неплохо», - удовлетворенно подумала я.
- Ты сегодня в хорошем настроении, - отметила моя наблюдательная сестрица, пока мы с ней собирались в школу. - Небось вчера вечером наговорилась с Хантером, да? - поинтересовалась она, округлив горящие любопытством глаза.
Я швырнула в нее кухонным полотенцем, и она с визгом шарахнулась в сторону.
- Между прочим, вчера я болтала вовсе не с Хантером, если хочешь знать, - сказала я, закидывая на спину рюкзак. - Это была Бри.
Мэри- Кей просияла.
- Так это же здорово! - Сестра знала, как много значила в моей жизни дружба с Бри. - Что ж… может, со временем все наладится. Как ты думаешь?
Робби нетерпеливо слонялся возле дома, поджидая нас с Мэри-Кей. Он снова предложил подвезти нас до школы. Позже я заберу свою верную Das Boot, и вот тогда - и только тогда! - можно будет сказать, что жизнь снова вернулась в прежнее русло.
Я уже была на пороге, когда раздалась пронзительная трель телефона. В моем мозгу завыла тревожная сирена - инстинкт ведьмы моментально проснулся и забил тревогу. Интересно, что могло понадобиться Хантеру в такую рань?
Я схватила трубку:
- Привет, Хантер.
- Доброе утро.
- Слушай, давай не сейчас, а? - взмолилась я. - Убегаю в школу. Робби и Мэри-Кей уже ждут в машине.
- Одно только слово, - заторопился он. - Просто… боюсь, нужно тебя подготовить. Я знаю, как ты относишься к Дэвиду. С одной стороны, это хорошо. Но мне бы не хотелось, чтобы из-за своей веры в него ты ослепла и оглохла. Темные силы коварны, и мне не хотелось бы, чтобы ты пала жертвой своей доверчивости.
- На этот счет можешь не переживать, - отрезала я. Хантер невольно разбередил незажившую рану. - Думаешь, то, что сделал Кэл, меня ничему не научило? Ошибаешься. Просто пока что я тебе не верю, вот и все. Дэвид не такой, как Селена или Кэл. Он не жаждет ни власти, ни могущества. И потом - он ведь даже не из Вудбейнов!
Хантер вздохнул:
- Послушай, я ведь рассказывал тебе, как погиб Линден, мой младший брат? В минуту отчаяния он воззвал к темным силам и, не справившись с ними, сам пал их жертвой.
Но это была не вся правда, и я это знала. Когда наши сознания слились, я поняла, что тогда в смерти Линдена обвинили Хантера. Кончилось это тем, что ему пришлось предстать перед международным советом ведьм. Правда, его оправдали, но боль утраты и жгучее чувство вины терзали его до сих пор.
- Я помню, - прошептала я.
