Генри стоял на коленях среди груды камней рядом с телом Финли. Андрей старался криками привлечь его внимание, указывая отойти от убитого друга и двигаться к выходу. Но Генри игнорировал команды Андрея, оставаясь на месте. Подбегать к Андрею было опасно: голем начал медленно передвигаться, метая валуны и нанося удары. Андрей понял, что Генри явно хочет остаться рядом с Финли.
Вдруг что-то щёлкнуло в голове Генри, и он сорвался с места, как собака с цепи. В густом облаке пыли зрение подводило, и вскоре Генри с Андреем растворились в полумраке. Слышались только быстрые шаги нескольких людей. Вдруг Генри врезался в меня, а Андрей, не останавливаясь, бежал вперёд. Генри снёс меня и упал, споткнувшись о камень.
Андрей, на нервах, крикнул: — Бегите быстрее, времени совсем мало, ждать вас не буду!
Генри быстро поднялся, но это стало его фатальной ошибкой. В полной темноте огромная скалистая лапа схватила его сзади и начала сжимать. Болевой крик вырвался из груди Генри. Лапа сжимала его беспощадно, быстро забирая жизнь. Стон прекратился, и безжизненное тело было отброшено в конец пещеры. Ужас охватил меня. Всё произошло у меня на глазах, и страх смерти стал невыносимым Голем был совсем близко. Его скалистая лапа проходила в опасной близости от меня, двигаясь безостановочно к выходу. Мне пришлось ползти в сторону выхода, ориентируясь на крики Андрея и Альберта. Они были очень близко, и по их голосам было понятно, что им удалось отбросить валуны, преграждавшие вход. Эта новость вселила в меня надежду.
Поняв, что до выхода совсем близко, я позабыл о безопасности и решился встать и побежать. Это стало роковой ошибкой. Скалистая лапа ударила меня, отшвырнув в сторону. Я отлетел на несколько метров и ещё про скользил по холодной земле, и чувство героизма мгновенно улетучилось. Андрей и Альберт видели это, но не могли ничего сделать.
Андрей, на нервах, крикнул: — Бегите быстрее, времени совсем мало, мы не можем больше ждать!
Страх охватил меня. Всё произошло у меня на глазах, и мысли о приближающейся смерти стали невыносимыми. Голем продолжал двигаться к выходу, и мне пришлось ползти дальше, крики Андрея и Альберта были моим единственным ориентиром в этом кошмаре.
Андрей и Альберт, возможно, были готовы покинуть пещеру, но не могли оставить меня на погибель. Они старались не привлекать внимание голема, опасаясь, что он навсегда запечатает нас здесь. Лёжа неподвижно на каменном полу, я вдыхал пыль и с каждой секундой всё больше погружался в страх. Лапа каменного чудища могла быть совсем близко. Пыль сковывала видимость всего происходящего, а размахи лапы разгоняли пыль в разные стороны. Голем, похоже, обладал некоторым разумом, и его размашистые удары перешли в более медленную стадию после гибели Генри.
Мне пришлось медленно ползти, чтобы не нарваться, на огромную скалистую лапу. Я двигался осторожно, пока локоть не упёрся во что-то небольшое и острое. В густой пыли дышать было тяжело, и мои хрипы и стоны могли подсказать голему направление. В пещере воцарилась тишина, нарушаемая только громкими звуками движения голема. Амулет Генри всё ещё давал слабое освещение в этом тёмном помещении. В тот момент моя рука нащупала предмет, напоминающий осколок, небольшой и покрытый грубыми острыми краями, словно зубы дракона. В полумраке было сложно определить, что это, но, дотронувшись до него, я ощутил странную силу внутри. Она словно призывала меня схватить его и стремительно бежать к выходу. Осколок скалы стал символом надежды и спасения, не давая страху взять верх.
Как только я схватил осколок, я почувствовал приближение чего-то крупного и тяжёлого. В следующий момент тяжёлая скалистая лапа схватила меня, подняв с пола как игрушку и медленно сжимая, поднесла ближе к своему огромному лицу. Боль становилась невыносимой, кости начинали хрустеть. Мой крик был неистовым, жизнь пролетала перед глазами: семья, дети, близкие, моя новая жизнь. Голоса напарников отдалялись, сознание мутилось, вспышки боли становились невыносимыми. Огромная пасть продолжала издавать рык, глаза голема говорили о моей скорой кончине.
Собрав последние силы, я ощутил, как осколок в моей руке начал ярко светиться, глубокий оттенок зелени смешивался с металлическим переливом. Осколок оживал в моей руке, когда моя жизнь уходила. Свет становился слишком ярким, превосходя в разы амулет Генри. Направив этот яркий свет на голема, я потерял сознание.
Медленно открывая глаза, я находился в тяжёлом состоянии, но мне сказочно повезло прийти в себя. Сознание было покрыто пеленой смутных воспоминаний и ощущений. Я испытывал головокружение и слабость, а моё тело казалось тяжёлым и неуправляемым. Восприятие окружающего мира и звуков было искажено, всё казалось далеким и нереальным. Потребовалось время, чтобы осознать своё окружение и вспомнить, что произошло. Боль и дискомфорт ощущались в различных частях тела, а мысли были разбросанными и несвязными. Я пытался по фрагментам восстановить картину того, что произошло в тот день.
