– Алло? – недовольным голосом ответила она.
– О, Джей, как дела? Ты забыла у меня своё зеркало! – восклицал томный женский голос на том конце провода.
– Дарк Виктори, я же просила меня не отвлекать, когда выхожу на дело!
– Ой, прости, я совсем забыла! – посмеялась та и затихла, будто выжидая реакции знакомой.
– Опять ты меня отвлекаешь! Конец связи.
Джей с ненавистью нажала кнопку окончания вызова, но тут же почувствовала запах горящих волос. Солнечная атака пролетела совсем рядом.
– Что? Ты освободился от моих льдов? – опешила Джей, не замечая, как её шевелюра медленно затлевала, становясь всё короче.
– Не хочешь немного загореть? – усмехнулся Йеллоу. – Кстати, ты уже горишь!
– А-а-а! Каков наглец, – заверещала Джей, смахивая пламя. – Я ещё вернусь! Проклятая Дарк Виктори!
–Буду не рад тебя видеть.
– Гори в аду! – крикнула она напоследок и нырнула в тёмную дыру, раскрывшуюся рядом с ней.
Йеллоу огляделся по сторонам.
– Вроде, всё окей, – заключил он, сосредоточенно вглядываясь в одну точку. Но скрип дверей заставил его вернуться в реальность. – Кажется, полиция нагрянула, пора бежать! Я не должен быть замеченным.
Воин упорхнул через черный ход, в то время как полицейские пытались найти хоть какое-то объяснение случившемуся.
– Снова чертовщина какая-то, – сказал накачанный полицейский своему пухлому коллеге.
– Во, дела! – воскликнул тот, дожевывая сахарный пончик.
– Проверь записи с камер наблюдения, там должна быть какая-то зацепка. Я пока опрошу пострадавших
Но и тут, и там полицейских ждала неудача. Ни один человек не мог вспомнить, что случилось тут полчаса назад. А записи с камер чудесным образом пропали.
***
Алекс проснулся от головной боли. Открыв глаза, он увидел, что лежит в своей постели. Но как бы он ни старался вспомнить, почему оказался тут в самый разгар рабочего дня, ничего не получилось.
– Что ж ты так раскалываешься? – сквозь сон спросил он у головы.
Алекс приподнялся, огляделся по сторонам, окинув взором бардак и невнятно розовые стены, которые давно стоило перекрасить. Рядом, скрестив руки на груди, сидела его девушка Натали. Симпатичная, даже милая блондинка с внушительным бюстом. В её голове гуляли ветра. Эти ветра были из грёз о красивой жизни и славе.
– Сколько это может продолжаться, Алекс Тайлер? – негодовала она. – Снова звонили с работы, начальник потерял тебя. А ты тут разлёгся и ничего, ты слышишь? Ничего не делаешь для собственного развития.
– Я не знаю, как это получилось, – Алекс виновато опустил голову и укутался в одеяло, будто стараясь отгородиться от нападок любимой.
– Мне надоело так жить с тобой, – выдохнула Натали. – Понимаешь, хороший домик, перепавший в наследство от родителей – это твой предел! А я хочу развиваться, хочу быть успешной. Только вот ты меня тянешь вниз. Я понимаю, что все семь лет, которые мы были вместе, ты меня очень любил. Но всему приходит конец. Самое время расстаться, Алекс! – наконец-то выговорилась она, встала и начала собирать с деревянных полок оставшиеся вещи.
– Я вижу, ты уже давно собралась, – заметил Тайлер. – Твоё барахло невозможно собрать даже за час.
– Давно, – ответила она, поджав губы.
– Но Натали, постой! – вздохнул Алекс. – Я не могу даже представить, что со мной происходит! Вот сегодня, пришёл на работу, собрался пойти за лампочкой, а дальше уже не помню ничего.
– Что за бред ты несёшь? Не оправдывайся! – кричала она, теребя свои кудри. – Ты тунеядец.
– Это и есть твоя благодарность? – завёлся Тайлер. – Когда твои родители погибли в той аварии, ты прибежала ко мне на коленях. Потому что кредиторы тебя бы не оставили в живых!
– Ты ошибаешься, я тебе безмерно благодарна, – усмехнулась Натали. – Но ты мне, действительно, больше не нужен. Я справлюсь и без тебя. Всё, больше не хочу разговаривать. Адьос, ми аморе.
Натали резко встала, развернулась и хлопнула дверью, с трудом вытащив два своих чемодана наружу.
– И правда, куда уж мне до таких звёзд! – обиженно кричал Алекс в пустоту.
Натали на днях «вколола» себе очередную инъекцию звездной болезни. Её вчерашнее выступление в одном из престижных клубов Нью-Полиса произвело фурор. «Благочестивая» особа уже месяц как часто появлялась в обществе богатого толстопузого продюсера Бианко Альморосси.
Так Алекс остался наедине с собой. Он сидел час, два, прокручивая в голове момент расставания. Одиночество ему было не в новинку. Им Тайлер и оправдывал вечные разговоры с собой и постоянное самокопание.
В голову лезли мысли о собственной ничтожности. Алекс пошёл за стаканом. В холодильнике томился уже открытый дешёвый вермут.
– Господи, поменяй мою жизнь резко и бесповоротно, – пьяным голосом произнёс Тайлер, икая без остановки. – Хуже уже точно не будет!
Он повалился на кровать, проспав ещё сутки, и на работе снова не появлялся.
