Он поднимается из-за стола, ставит посуду в раковину и делает себе ещё одну чашку крепкого кофе.
А потом приходит с работы мама. Она заходит на кухню, здоровается с дедушкой, а потом видит наше новое кофейное чудо. И лицо у неё делается такое… такое… Наверное, когда отец дарил ей самые первые букеты, она на них глядела с таким же восторгом.
— Спасибо! Но зачем же вы… Да это же просто мечта! — бормочет она.
— Такое впечатление, что раньше я пил не кофе, а жжёную водичку. Попробуйте вот этот, без молока. Тут даже без кофеина где-то был, но это же ерунда, согласитесь?
Пока они обсуждают кофе и его разновидности, я потихоньку ускользаю к себе и набираю бабушкин номер.
— Что с дедом? — спрашивает она, даже не поздоровавшись.
— Всё хорошо. Сидит на кухне, пьёт кофе.
— Так давно его нет, я уже стала волноваться1. Гоните его домой.
— Бабушка, — говорю я. — Когда моего отца били в детстве, он плакал или терпел?
— Кто его бил? Он не рассказывал ничего! Во дворе у нас были хулиганы, но он с ними не связывался…
— Не во дворе. Дома.
— Дома? Какой дурак домой хулиганов приведёт? Нет, у нас только приличные были гости. И в семье никогда друг на друга руку не поднимали. Такое ведь от людей не утаишь. В нашем доме никаких драк не было.
— Может, пока ты не видела, дедушка его колотил?
— Ещё чего удумала! Не бывает у нас такого, чтобы я что-то не видела. Я за твоим дедом следить начала ещё до нашей свадьбы.
— Бабулечка, ты у меня самая лучшая! — быстро говорю я, пока бабушка не начала выяснять, к чему весь этот разговор. — Ну всё, целую-обнимаю, дедушка собирается уходить, пойду попрощаюсь.
Двое против одного. Бабушка подтвердила дедушкины показания, а вот отец, получается, снова наврал.
Вечером звонит отец: я забыла занести его номер в чёрный список, как советовала мама.
— Вы что, так и будете ненавидеть меня до конца жизни? — срывающимся голосом кричит он. — Мне теперь до смерти перед вами на коленях ползать, извиняться? Сколько можно попрекать меня прошлым? Я уже попросил прощения!
— У деда прощения проси, — не сдерживаюсь я. — У деда, который тебя бил. Только ведь он тебя не бил, правда? Ты извинился перед нами за одно враньё — и тут же придумал другое!
— Ну, ты и… — отец замолкает, подыскивая подходящее слово. Но не находит. — Вырастешь — будешь хуже своей матери.
И даёт отбой. А я добавляю его номер в чёрный список.
Новый год настанет через два дня, но я не ощущаю приближения праздника. В детстве я ещё верила, что придёт Новый год и всё изменится: плохое станет хорошим, а хорошее — просто прекрасным. Но в нашей семье чудес не происходило. В этот день, как и в любой другой, каждый был сам по себе, и даже сидя за общим столом, мы думали о своём.
Когда отец от нас уехал, выяснилось, что он очень много ел. Раньше родители по выходным или вечером в пятницу ездили на машине в супермаркет и покупали продукты на целую неделю. Прошла неделя, вторая на исходе — а холодильник ещё не опустел. Мама сказала, что теперь мы с ней сами будем покупать продукты, и не в гипермаркете, а в магазинах шаговой доступности, чтобы не тащить сумки далеко.
На новогодний стол мы поставим только то, что сами любим, и будем вместе смотреть кино. Список фильмов пока обсуждается, а вот меню мы уже составили и отметили галочками то, что нравится и мне, и маме. Это необычно — выбирать еду и знать, что твой выбор будет учтён. Ведь раньше праздничный стол должен был соответствовать вкусам отца. А мы уж постольку-поскольку.
Сегодня я спала сколько хотела: школа разжала объятья до следующего года и отпустила нас на волю. На кухне меня ждут хлопья (мой завтрак) и список продуктов, которые нужно купить.
Папа Ли говорит, что за самое сложное или неприятное дело надо браться с утра. Сделал и забыл, а не тянешь за собой весь день эту обязанность, как каторжник ядро. Поэтому, расправившись с хлопьями, я быстро одеваюсь и бегу за продуктами.
Магазин встречает меня толпой бабулек и новогодней музыкой из динамиков.
Когда родители иногда брали меня с собой за покупками, мне всегда удавалось получить хоть блокнот, хоть необычную ручку или смешную чашку по скидке. Но здесь меня ждёт разве что шоколадка у кассы.
Тележек свободных нет, приходится брать корзину, в которую помещается не всё. Пытаюсь пробиться через ряды бабулек обратно к входу в торговый зал, чтоб взять ещё одну корзину, но вовремя понимаю, что и так с трудом тащу то, что набрала. С машиной не возникало проблем: все покупки, какими бы тяжёлыми они ни были, она легко привозила к дому. Понимаю, что придётся идти в магазин второй раз, снова стоять в старушечьей очереди и слушать старушечью музыку.
Дотащив покупки до квартиры и раскидав их по полкам холодильника, я отправляюсь в другой ближайший магазин. До него не сильно дальше, чем до этого, но вдруг будет не так тесно и уныло?
