- Хочешь, я тебя туда верну? И спасай своего принца сколько хочешь. Кстати, определись, ты его любишь или нет? Если нет, то чего паришься?
Я опешила.
- Но он там страдает...
- Шило у него в одном месте потому что. Придумал атомную бомбу местного пошиба, вот пусть теперь отдувается. Не наше дело.
-Но...
- Вика, хватит. Нет.
Мы молча уставились друг на друга. У меня в голове не укладывалось: как же так, он в отличие от меня маг, он что-то может, почему даже не попытается? Разве Вильгельм ему так безразличен? Разве они не друзья?
-Ты трус?
Витька улыбнулся.
- А ты, Вик? Я тебя не в темнице нашёл, Ками... Каламит о тебе заботился, значит, ждал, что ты ему что-то дашь. За что ты ему продалась? И Вильку сдала, а?
Я подавилась воздухом. Очень больно было это слышать, даже больнее, чем мысленно прокручивать в голове раз за разом. Особенно потому, что это была правда.
- Вот и помолчи. Это не трусость, а благоразумие. Я бы живым из первого же своего путешествия не вернулся, если бы везде лез и всех спасал.
Я думала не о том, но любопытство снова победило:
- А как ты вообще... по мирам путешествуешь?
Витька посерьёзнел.
- А это, Вик, не твоё дело. И вообще, хватит. Повторю: мне очень жаль, что заставил тебя в это вмешаться, я не хотел... И это больше не повторится.
Я открыла было рот возразить, но Витя подался вперёд, коснулся моего лба.
- Забудь!
В голове помутилось. Я помню, как Витька подхватил меня, перенёс на кровать, уложил, укрыл пледом. Наклонился и прошептал:
- Прости, Вик, так нужно. Тебе лучше всё забыть. Живи нормальной жизнью. Ты же нормальная?
Я вяло удивилась про себя: это что же, как я всё забуду? Вильгельма, его грустный взгляд, "я люблю”, как мы ссорились, как... Как он орал хуже сирены, когда был котом, как, пьяный, мяукал валенсийский гимн, как...
Как это возможно?
А потом глаза сами закрылись, и мир пропал.
Проснулась я от звонка мобильника. Мой новый айфончик, словно проклятый, напевал: Tm a barbie girl!” Проклятая песня меня преследует! Ещё и лежал почему-то на полу у окна. Щурясь от солнца, я прошлёпала по полу (у-у-у, грязный, надо срочно мыть!) к телефону, с первого раза не попала на нужную часть экрана, но потом всё-таки услышала мамин голос:
- Вика! Витя сказал, ты уже вернулась?
- Ага, - хрипло со сна отозвалась я.
- А что у тебя голос такой? - Мама тут же принялась подозревать. - Ты простыла?
Я озадаченно помолчала. Нет, горло вроде бы не болело, насморк... Хм, тоже нет.
- Вика? К тебе приехать?
- Не надо, мам, всё в порядке, - я зевнула. - Просто поздно вчера вернулась, спала. Ты меня разбудила.
- Да? А ты точно не простыла?
- Точно, мам. - В голове, правда, каша, но это со сна.
- Как практика?
Я снова зевнула.
- Практика? - Я в упор не помнила никакой практики. Может, пила вчера? Или снова гормоны пошаливают? Ой, голова! - Да нормально... Мам, я заеду сегодня и всё расскажу, хорошо?
- Заедь. У тебя-то, поди, шаром покати на кухне, хоть пообедаешь нормально. -Мама почему-то всегда считала, что хозяйка из меня никудышная. А моя шарлотка
- вообще пфе! Как вы, наверное, уже поняли, моя страсть готовить - от неё, и кулинары мы примерно одинаковые. И столь же страстные.
-Да, мам, щас... Только оденусь.
-Жду.
Она и впрямь ждала - с морковным пирогом, моим любимым. Папа был на работе, брат как обычно на дежурстве, так что никто маму не сдерживал, и она с удовольствием меня обкормила, напоила жаропонижающим, а то ей показалось, что у меня температура, выдала новый шарф (зачем?! на улице плюс двадцать!), расспросила про практику, но мало чего добилась - я по-прежнему как в тумане плавала. В общем, меня сочли больной и отправили в мою старую комнату спать. Я отказалась и уехала домой - полы тоже кому-то надо мыть, хотя мама очень рвалась помочь. Пришлось спешно вспоминать новый рецепт пирога с ревенем, который я где-то нагуглила - это маму увлекло, и я уехала спокойно. Правда, с шарфиком.
У подъезда почему-то долго стояла и пялилась на кота... Или кошку, но по морде вроде кот. Белый с чёрными пятнами. Он на меня тоже посмотрел разок, потом продолжил умываться, а я всё пыталась поймать мысль, которая вертелась, вертелась, вертелась... Но никак мне не давалась.
Под вечер позвонил Витька, поинтересовался, как я себя чувствую. Тоже спросил про практику. Я вспомнила, что он одолжил мне деньги на айфон, пообещала вернуть, но Витька отказался. Дескать, для друга ничего не жалко. А у меня снова скользнула какая-то мысль... Скользнула и исчезла.
Приготовила картофельную запеканку, съела половину, посидела в Интернете, скачала новый сериал, посмотрела пару серий...
За полночь, когда я приползла в кровать и уже засыпала, мне... да, пожалуй, приснилось тихое, отчаянное: “Я люблю тебя”.
Я резко села на кровати. Что это? Услышала где-то в сериале? Я уже полгода ни с кем не встречаюсь, и никто из моих бывших вот так запросто не говорил...
“Прости меня, я не могу тебя опустить".
На мгновение показалось, что сердце вот-вот выскочит из груди. И, пока я задыхалась от боли, у меня вырвалось тихое, как вздох: “Вильгельм”.
