— Вообще-то я запланировал идеальное свидание. Но, как я и сказал, ничего идеального не бывает. Поэтому наше свидание началось с выяснения отношений, что не так уж и плохо, ведь мы многое прояснили. Здорово, правда?
— Потрясающе, — безэмоционально отзываюсь я.
— Злишься на меня?
— Да. Но еще… хочу тебя поцеловать. Это странно?
Звонко рассмеявшись, Влад отвечает:
— Это жизнь.
Наше с Владом свидание проходит на прогулочном катере, чему я «несказанно» рада.
— У меня морская болезнь, — сообщаю я, как только мы отплываем от берега.
— Я взял с собой таблетки от укачивания. — Влад достает из кармана желтую коробочку и протягивает мне. — Сейчас достану из мини-холодильника бутылку.
— Надо же, какой предусмотрительный.
— Можешь на меня положиться, — серьезно отвечает он.
— Куда мы плывем? — интересуюсь я, запив крошечную круглую таблетку водой.
— На пикник посреди открытого моря. Можем еще поплавать, если хочешь.
— Я не умею плавать. И, кстати об этом, разве мне не полагается быть в жилете?
— Ты права. — Дернув головой, Влад тянется за висящими неподалеку оранжевыми жилетами. — Нельзя пренебрегать безопасностью.
Между нами все еще чувствуется напряжение, так что, пока катер набирает ход, мы ненадолго затихаем. Думаем — каждый о своем. Меня не покидает ощущение скорой разлуки и неуверенности в происходящем. Если проанализировать все выборы, которые мне приходилось делать в жизни, то ошибалась я гораздо чаще, чем оказывалась права.
— Нами движет страсть? — задаюсь я вслух вопросом, который так и вертится на языке. — Мы ослеплены желанием обладать друг другом?
— Снова философия? — Нахмурившись, Влад пододвигается ближе и кладет ладонь мне на бедро. — По-твоему, страсть — это плохо? Разве желание обладать друг другом не может вылиться в крепкие отношения?
— Понятия не имею. Со мной такого еще не случалось.
— Ни разу?
— Не-а. С бывшим парнем мы сошлись скорее из интереса, нежели из-за сильной влюбленности.
— А какие чувства ты испытываешь к Феде?
— К Феде? — напрягаюсь я.
— Ты сказала, ты долгое время представляла, что однажды ваша дружба станет чем-то большим, — напоминает Влад, смотря на темно-синюю воду за бортом.
— Наверное, это была просто далекая мысль на задворках подсознания. Но она пробыла там достаточно долго, чтобы я к ней привыкла.
— Значит, тебе нужно время, чтобы свыкнуться с мыслью, что ты можешь быть с кем-то другим? А точнее — со мной.
— Я подумать ни о чем не успела, как ты меня поцеловал. Не в первый раз, когда мы были на свидании в ресторане, а тогда… после случая в море и после нашего разговора о твоей сестре… Этот твой поцелуй буквально сшиб меня с ног.
— Я был уверен, что ты меня оттолкнешь или вообще — ударишь. Но все равно не сумел сдержаться. Кажется, с тобой я готов пытаться снова и снова, пока ты не почувствуешь то же, что и я. — Заметив изменившееся выражение моего лица, он уточняет: — Что? Почему ты так широко улыбаешься?
— За меня еще никто не боролся, — признаюсь я. — Когда мы с бывшим оказывались на грани расставания, я первая шла на уступки и пыталась с ним помириться. А потом я застукала его целующимся с другой. Та же история с друзьями. Как только я перестала играть роль идеальной подруги, мы начали отдаляться, и никто не попытался остановить неминуемый конец нашей дружбы. А еще Федя… В самом начале нашего общения он признался, что хочет меня поцеловать, но не станет этого делать. Я его не винила — он пережил ужасный разрыв — но с тех пор меня не покидало чувство, что я так и не дождусь первого шага с его стороны. Чувствовала, что он так и не воспользуется шансом быть со мной. А я ни за кого бороться больше не хотела.
— Они все конченные идиоты, — заключает Влад, обнимая меня одной рукой. — Все заслуживают, чтобы за них боролись. И ты — не исключение.
— Как тебе удается говорить именно то, что я хочу услышать? — В очередной раз восхитившись сидящим рядом мужчиной, я снова расплываюсь в довольной улыбке.
— Просто меня создали специально для тебя.
Возможно, так и есть, думаю я про себя.
— Значит, ты не уверен, что тебе подходит такая жизнь? — спрашиваю я, когда катер останавливается, и Влад, расстелив на корме клетчатое покрывало, вытягивается на нем во весь рост.
— Меня растили отельером, — с неохотой, но все же рассказывает Влад. — Я даже высшее образование по этой специальности получил. Что еще мне оставалось, кроме как заняться бизнесом отца?
— Не знаю. Может, тебе нравилось что-то еще, — размышляю я, перебирая пальцами светлые пряди его волос.
— Не у всех людей есть призвание, Лис. Некоторым нужно просто жить, делать то, что получается, и не искать никакого тайного смысла в своем существовании.
— Ты правда так думаешь? Или это защитная реакция?
— Это ты мне скажи, Сократ.
— Я бы сказала, что это тяжелая форма избегания собственного предназначения. Но, может быть, ты прав, и на самом деле нет никакой связи между нами и делом, которому мы должны посвятить жизнь.
— Я готов посвятить всего себя тебе. Пойдет?
— Я не куплюсь на твои красивые слова, — качаю я головой, улыбаясь.