Продана (СИ) полностью

Сделав глубокий вдох и выдох, я подняла взгляд на него.

— Ты сказал, что хочешь поговорить, и я нервничаю, думая, о чём.

Он покачал головой.

— Тебе не надо переживать о чём-либо, когда ты со мной. Я хочу обсудить кое-что, включая прошлую ночь.

— Хорошо, — мои глаза метнулись обратно к еде, и я наколола кусочек яйца, чтобы начать есть.

— Прошлая ночь была… — Я ожидала услышать его описание произошедшего.

Ошибкой.

Нормальной.

У меня было и лучше.

Все варианты стучали у меня в голове.

— Невероятной.

Мой взгляд резко переместился к нему, глаза широко распахнулись, а челюсть отвисла.

Он расположил руку на моём бедре, мягко поглаживая его.

— Ты должна перенести вещи в мою комнату.

— Я что?

Указательным пальцем он приподнял мой подбородок вверх, чтобы я закрыла рот.

— Я хочу, чтобы ты жила в моей комнате, пока ты здесь.

— Эммм… Я не думаю, что это хорошая идея.

— Почему нет? — спросил он, проницательно глядя на меня.

— Потому что одна ночь потрясающего секса не означает, что я перееду в твою комнату. Мне, возможно, нравится слушаться тебя в твоей постели, но здесь я узнала, что могу принимать решения сама и не хочу повторять прошлых ошибок.

Эштон улыбнулся.

— Большинство людей и не подумают о том, чтобы перечить мне. Хоть я и хочу, чтобы ты оставалась в моей комнате, меня впечатляет, что ты готова противостоять.

— Конечно, готова. Ты считал, что я тебе покорюсь?

— Если честно, я переживал насчёт этого, но надеялся, что ошибаюсь.

Я откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.

— Хорошо, ты ошибался.

Он наклонился вперёд и незаметно быстро поцеловал.

— Я рад. Теперь ешь. Мне нужна твоя энергия.

Я закатила глаза.

— Тебе повезло, что я голодна.

Эштон усмехнулся и начал есть. На половине завтрака, он отложил вилку и посмотрел на меня.

— Я встречаюсь с Домиником сегодня ночью для расчёта.

Вилка застыла почти у рта, мои руки не двигались.

— Что? — выдавила я.

— Доминик прислал мне вчера сообщение, что готов выплатить долг.

Я знала, что Эштон занимается этим для отца — он имел дело с должниками, пока я жила здесь, но это было другое. Он встретится с человеком, которого я никогда не хотела бы видеть снова, если бы могла этого избежать. Я знала, что это нереально — мы были женаты, в конце концов. Если бы я могла только щёлкнуть пальцами и всё исправить...

— Он не собирается забирать меня обратно раньше срока, не так ли?

— Это не его выбор, — прорычал Эштон. — Он не вернул деньги вовремя, и я не превратил его в кровавое месиво только из-за сделки, касающейся тебя. Если он повторит эту ошибку, я надеру ему задницу.

Я кивнула, не в силах говорить из-за сухости в горле.

Эштон провёл большим пальцем по моей щеке.

— Елена, ты же понимаешь, что тебе придётся столкнуться с ним лицом к лицу?

— Нет. Я могла бы просто послать ему документы на развод по почте и никогда не видеть его снова.

Уголки его рта опустились.

— Хотел бы я, чтобы это было так просто. Если ты сделаешь так, то ты всегда будешь оглядываться через плечо. И тебе надо показать ему, что ты стала сильной. Тебе надо поговорить с ним лицом к лицу.

Я съёжилась.

— Думаю, надо.

Часть меня хотела исчезнуть в ночи, никогда не сталкиваясь с Домиником и всем его дерьмом когда-либо снова, потому что мысль о возвращении к нему заставляла моё сердце колотиться в груди. Я боялась, что его слова будут тянуть меня в место, откуда я пыталась выбраться.

— Я хочу пригласить тебя на игру в ближайшие дни. Только мы, никакого бизнеса.

Как-то ночью, неделю назад или около того, я рассказала Эштону, что произошло в ту ночь, когда Доминик отдал меня ему, как меня охватило волнение, когда я решила, что наконец увижу игру. Я была в неком замешательстве, говоря об этом, но не ощущала неловкости. Теперь же я вздрогнула от мысли, что могу оказаться на игре с Домиником. Он часто ходил на них. Как я могла быть уверена, что он не появится там рядом со мной?

— Не волнуйся, я не хочу, чтобы ты оказалась рядом с этим ошмётком. Ты останешься здесь во время сегодняшней игры, и мы разберёмся с ним, когда придёт время.

Я кивнула и продолжила есть свой завтрак, так как моему желудку стало лучше. Эштон закончил есть задолго до меня и сидел, потягивая ещё одну чашку кофе. Забрав наши тарелки, я отнесла их в раковину и когда возвращалась на своё место, Эштон схватил меня, останавливая на полпути. Очки ему отлично шли, делая его зелёные глаза ярче.

Он зарычал и притянул меня к себе, поглощая мой рот. Электрические разряды пронеслись по моим нервам, когда его язык проскользнул внутрь. Требовательно. Собственнически. Сексуально. Смелее, чем ожидала от себя, я позволила рукам скользнуть по его груди, прослеживая каждую выпуклость вниз по его накаченному животу, пробуя шелковистую кожу пальцами. Он внезапно отстранился, и я на минуту подумала, что сделала что-то не так.

Схватив за плечи, он развернул меня, и я опёрлась ладонями на гладкий стол. Примитивное желание овладело мной, сердцевина пульсировала от необходимости.

— Эштон.